|
|
содержание .. 4718 4719 4720 4721 ..
- Ты моя Зорюшка, хорошая моя, красавица. Сейчас я тебя подою. Ты моя девочка. - Не надо! Я не виновата! Простите! Ольга Михайловна, помогите! Спрячьте! - Васька опять буянит? - Приревновал к фонарному столбу и теперь гоняется по всей деревне. Вася: - Убью! - Стой, Вася! - Михална, отойди! - Васенька, я не виновата! - Убью! Я сам все видел! - Вася, не ори! У Зорьки от твоего крика молоко киснет. - Плевать на ваше молоко! У меня женка гуляет! Убью! - Васенька! Вася! - Вася! Угомонись, ты знаешь, у меня рука тяжелая, десять лет коров вручную доила. - Михална, отойди! Зашибу! - Ой! - Я ж предупреждала. Беги в дом за нашатырем, будем подымать твоего прынца. - Ага. ФЕРМЕРША - Олег Иванович! - Что такое, Света? - Нашатырь надо срочно. - Сейчас поищу. А чего? Кому плохо-то? Ольге? - Да нет. - Ага. Давай. Света, иди домой, мы сами с Олегом разберемся. - А как же Вася? - Все хорошо будет. - А если он опять угрожать станет? - Ничего, он после этого удара ничего не вспомнит. Иди домой, собери ужин и делай вид, что ничего не было. Давай. - Ага, поняла. Спасибо. Побежала. - Иди-иди. Оля, оно тебе надо? Чего ты в чужие семейные разборки лезешь? - А, по-твоему, что, лучше отвернуться, и пусть убивает, да? - А если ты его всерьез зашибла? Так и до тюрьмы допомогаться можно. - О-о! Это и мертвого подымет. - Ого, а что это я тут делаю? И голова болит, словно с похмелья. - А нечего, Вася, об столбы головой биться. - Я домой пойду. - Давай-давай. А то Света тебя небось заждалась уже. Знаешь что? Вот, на тебе парное молочко. Хорошо мозги прочищает. - Спасибо, Михайловна... Чую, по гроб жизни тебе обязан. - Ага. - Только вот не помню за что. - Иди-иди. Иди, отведи болезного. Ага. - Пошли, дома вспомнишь. - Проводи болезного. (Корова мычит.) Иду, Зорюшка, иду. - Коля! - А! - Ты воду курам давал? - Только что давал. - А где она? - Вот заразы, уже все выплескали. - Иди тогда еще налей. - Ага. - Михайловна, ты как считаешь, пора, может, зарплату получить, а? - Так я ее уже выплатила. - Это когда же? - Утром твоей жене дала. - Значит, вот так? Как работать, так Коля, а как зарплата - так Анфиске?! - Коля, у тебя сколько детей? Четверо? - Да. Ну. - Их кормить надо. А ты зарплату половинишь, так? - Так я что?.. Я не отказываюсь. - Ладно, на. Купи от себя детям карамелек. Только смотри, не перепутай товар. А то Анфиса жалуется, что у тебя память пропадает, и ты вместо конфет это вот... отраву всякую домой приносишь. - Да когда еще душу-то порадовать? На неделе ты не разрешаешь, в выходной жена, как коршун, следит. Так и усохнуть можно. - Ничего, не усохнешь. Я пока молоко свезу в детский сад, а ты курам дай и Марту на дойку заводи, она одна не доенная осталась. Помоги бидон затащить. - Михайловна, как же ты на таком драндулете-то ездишь? Не боишься, что он прямо под тобой развалится? - Не боюсь. Он мне тридцать лет уже прослужил и еще столько же протянет. - Ну-ну. - Спасибо, Ольга Михайловна. - На здоровье. - А когда Сашенька приедет? Соскучились, наверное? - Завтра жду. - Может, она, как в прошлый раз, с нашими детками пару песенок разучит? А то у нас скоро в садике утренник, а музработника как не было, так и нет. - А чего ж не разучить? Это ж ее будущая специальность. - Да она уже сейчас прекрасный музработник. Голосочек ангельский, играет чудесно. Так что ждем ее у себя. - Лидия Семеновна, вы же знаете, это моя мечта, чтоб она у вас работала. - Вот и хорошо. Как закончит училище - ждем ее у себя. - Один год остался. А завтра я обязательно с Сашей поговорю. (Сигнал автомобильного клаксона.) - О! Пашка Калюжный свое молоко привез, все купить предлагает. Вот настырный! Ведь объясняла же, что не надо нам. И цена у него несусветная. Все не верит, что вы нам молоко бесплатно привозите. - Я ему сейчас сама все объясню. - О! Прилетела уже на своей метле. Баба-яга. - Привет, Паша. Ты что-то сказал? - Ой, здорово, Ольга Михайловна. Слушай, у меня к тебе деловое предложение. - Баба-яга слушает. - Да ну брось ты. Я ж пошутил. Шутю. Слушай, давай с тобой договоримся. Ты по четным числам сюда молоко доставляешь, а я по нечетным, а? И всем хорошо. О цене договоримся. - Пашенька, я тебе уже говорила, что Ольга Михайловна нам молочко бесплатно привозит! - Ой, ладно. - Запомни, Паша, дети - это святое. - Так я ж не спорю! По рукам? - Я тебе на детях зарабатывать не дам. Усек? - И куда мне прикажешь молоко девать? - Что значит "куда девать"? Вари сыр, если цену не загнешь, будет улетать. - Ну какой... ну какой сыр? С ним возни больше, чем доходов: пока сваришь, пока он созреет... - Тогда организуй салон красоты и будешь поклонниц в молочных ваннах купать. - Издеваешься, да? Вот еще пожалеешь! - Паша, ты что, мне угрожаешь? - Я предупреждаю! - Езжай от греха подальше. - И на дороге у меня не стой! И мешать мне не надо! Помело свое береги, а то как бы колесо не отвалилось. Яга! - Мы ж тебя завтра утром ждали, а ты на ночь глядя приехала. - Соскучилась. - Да что ты ее мучаешь? Девочка захотела нас увидеть. - И еще мне надо с вами очень серьезно поговорить. - У меня тоже к тебе серьезный разговор. Лидия Семеновна попросила с детьми выучить пару песен. У них скоро утренник, а музработника нет. На тебя вся надежда. - Мамулечка, присядь, пожалуйста. - Это же здорово, что тебя ценят и ждут. - Мам, я не буду работать в детском саду. Я стану оперной певицей. - Какая опера? А где ты таких мыслей нахваталась, Саша? - Мам, я решила серьезно заниматься вокалом. - Саша, ты головой-то подумай! Мы же мечтали - выучишься, вернешься домой, будешь работать у нас в детском саду. Ну нельзя ж так быстро планы-то менять, а? - Мам, у меня призвание. У меня уникальный голос, его нельзя предавать. Мое будущее - это опера. - Я согласна. Детский сад - это синица в руках, но опера - это же даже не журавль в небе. Если бы наша Зорька полетела, я бы и то меньше удивилась. - Но у меня другая судьба! - Олег, ты чего молчишь? - Да, дочь. Я тоже чего-то не понял, а ты где собралась опере учиться? - В консерватории. Брошу училище и поеду в Москву. - Час от часу не легче! Тебе же остался один год учиться. Откуда такая блажь? - Это не блажь, мама! Таисия Петровна, новый педагог по вокалу, открыла у меня уникальный голос. Это мое будущее, мама! Это мое призвание! Я все решила. Так. Папуля, передашь картошечки? Спасибо. - Оперная певица! Это надо же, а?! Я этой Таисии мозги промою, чтобы она Сашу в покое оставила. - Одобряю. Год остался - специальность в кармане. А сколько на эту оперу надо учиться? - И я про то же. Сбивает Сашу с пути, а она и верит этим сказкам. Слушай, может, она денег хочет за дополнительные занятия? - Скорее всего. Оля, давай я в город съезжу, переговорю с этой училкой, разузнаю что к чему. - Нет, Олежек, без обид, но тут лучше я сама по-нашему, по-бабьи разберусь. А ты завтра займись генератором - барахлит, не дай бог, сломается. - Да генератор-то я проверю. Светку попроси с коровами помочь. - Ну, конечно, попрошу. И Коля с Васей будут на подхвате. Нет, ну оперная певица!.. - Я постараюсь туда и обратно, ты за Зорькой присматривай. - Ольга Михайловна, не переживайте. - Она перед дойкой любит, чтоб ей слова нежные шептали и жменьку комбикорма дали. - Да, знаю, она это любит. - Зоренька моя. - Ну куда ты намылилась, какая опера? Вот твое место. (Поет красивым оперным голосом арию на иностранном языке.) - Да ладно! Глотку-то рвать - дело нехитрое. У нас в роду все громко поют. - Так красиво же. - Вот не понимаю, чего она поет? Ты давай наше, знакомое, песню какую-нибудь народную. - Таисия Петровна запрещает мне народные песни петь, так легко мой оперный голос испортить. - Ты слышь, Света, ей уже наше вредно петь. - Мам, ну вот ты ничего не понимаешь, а говоришь! - Ну куда уж нам! Выучила на свою голову. Видала, как девке голову задурили, а? - Да, понять трудно, но петь-то стала красиво! - Здравствуйте. - Здравствуйте. - Мама! Мам, давай не пойдем к Таисии? - Да не канючь, уже десять раз все дорогой обсудили. Я должна ей посмотреть в глаза и сказать все, что я думаю о ее затее. Точка! - Мам... - Да не трясись ты, не убью я твою Таисию. Я просто поговорю по душам. - Да я знаю, как ты умеешь разговаривать. Все закончится скандалом, а я очень уважаю Таисию Петровну и боюсь, чтоб она тебя не... - А ну, договаривай. Чего не хочешь-то? Чтоб твоя дражайшая Таисия Петровна меня увидела? Ай, матери своей стесняешься? Конечно, из коровника - в храм искусств! - Мам! - Чего? - Туда. Да я не то хотела сказать. Я просто очень хочу петь в опере и боюсь, что ты все испортишь. - Да чего портить-то? Было бы что. - Мама, следующая. - Ой! - Мама, пожалуйста... - Ладно, обещаю, я просто поговорю вежливо. Хочу послушать ее мнение. Не буду ругаться, не обижу ее. - Да-да. - Здрасте. - Здравствуйте. - Я мама Саши Семеновой. - Очень приятно. Таисия Петровна. - Ольга Михайловна. Вот пришла узнать, какой такой уникальный голос вы обнаружили у моей Саши? - У Саши уникальное меццо-сопрано. - А-а... Ну, меццо-шмеццо - мне непонятно. А поет как все в нашей семье, ни хуже, ни лучше. - Ольга Михайловна, присаживайтесь, я вам все объясню. - Нет, я вам сейчас сама все объясню. Я из очень простой семьи. И вдруг смотрю, Сашка - ей лет пять было - на листочке клавиши нарисовала и пальчиком тычет. В телевизоре, говорит, где-то увидела. Вот тогда я решила ее учить музыке. - Красивая история. - Это вот не надо, не надо. Я каждый год ее возила в город в музыкальную школу. И все делала для того, чтоб Саша не бросила музыкальную школу. И пианино у нас в доме стоит на самом почетном месте, и настройщика вызывала два раза в год, как полагается, и гаммы ее эти вот терпела ежедневные. - Я вас понимаю, Ольга Михайловна. - Не перебивайте меня! Мы вместе с Сашей мечтали, что она будет музыкальным работником в нашем детском саду. И вот когда до мечты остался всего год, и Саша вот-вот подготовит свой первый утренник, и я буду сидеть в первом ряду и гордиться своей девочкой, появляется... препятствие к ее мечте. Вы понимаете меня? - Да, я вас поняла, Ольга Михайловна. Это ваша мечта, и вы ее прекрасно описали. А какая мечта у Саши, вы спрашивали? - Саша всегда хотела быть музработником! - Неправда. Саша может блистать на лучших оперных сценах. - Нет! Да какие сцены? Какая опера? Она чужая в этом мире, куда вы ее тащите! - В том мире, куда тащите ее вы, она зачахнет! - Я тебе обещала не ссориться? Я сдержала свое обещание? - Да. - Я ей слова грубого не сказала. - Спасибо, мама. - Но она, упрямая коза, стоит на своем. И она умнее меня, я признаю. Но я мать. Я решаю твое будущее. - Мам! - И теперь я ей все скажу, и тебе ничего обещать не буду! - Я так и знала, что вы вернетесь, Ольга Михайловна. И я даже примерно представляю набор аргументов, который вы для меня подготовили. - Да неужели? Да вы еще десятой доли не слышали! - А теперь вы меня не перебивайте. Сядьте. Александра может прославить российскую вокальную школу, я в этом уверена. И я не дам загубить ее талант в угоду ее эгоистичной матери. - Ой, насколько у меня корова Зорька противится, и то мне покорилась. Что бы вы сейчас ни говорили, я вам Сашу не отдам. - Ну, это уже решать Александре. - Да вы же калечите моего ребенка, а сами тешите свое самолюбие. Да ее же сожрут соперницы! А если кто-то захочет ее со свету сжить, где искать защиту? Вам же все равно, что с ней будет. Я насквозь вас вижу. О, Сашечка, пойдем, мы обо всем поговорили и обо всем договорились. - Да, Александра, иди с мамой. Я потом тебе все объясню. Пусть мама едет домой. Я ее выслушала и все поняла. Не переживай. - Идем, идем. - Я вас очень прошу, Людмила Федоровна, как директора училища, примите меры. Вы же знаете, я к вам по пустякам не пришла бы. - Объясните, что происходит, Ольга Михайловна? - Саше осталось учиться всего год. - Так. - А Таисия Петровна отговаривает ее работать по специальности. Это как понимать? - Подождите, что значит "отговаривает"? - Она какой-то там уникальный голос у Саши обнаружила, и теперь дочь и слышать не хочет ничего о работе в детском саду. - Хорошо, Ольга Михайловна, я поговорю с Таисией Петровной. - Вот-вот, поговорите. Мы сюда пришли получить конкретную специальность, а не эфемерную мечту о большой сцене. - Не волнуйтесь, Ольга Михайловна, Саша доучится и получит свой диплом. - Вот это я и хотела услышать. Я очень рада, Людмила Федоровна, что мы по-прежнему говорим на одном языке. А может поменять Саше педагога, а? Ну, для надежности. - Я подумаю, Ольга Михайловна, что можно сделать. - А то она ей обещает мировую славу. А кто ж будет работать-то в детских садах, если все ринутся в оперу? - Да-да, вы правы. Я разберусь, не волнуйтесь. - Да, спасибо, Людмила Федоровна. Вот я ничуть не сомневалась. Всего доброго. До свидания. - До свидания. - Здорово, Олег. У меня к тебе дело. - Что? - Вот скажи, а ты мужик или не мужик? - Что? - Да ладно, я не в этом смысле. Ты хозяин в доме? - Ну? - Так поговори с женой. Она мне весь бизнес рушит. - Я в дела Ольги не лезу. - Так это ж... Там и твои деньги тоже. - В смысле? - В смысле, что я куда не сунусь со своим молоком, везде Ольга Михайловна. И цену зверски сбивает. Это ж какие у вас потери! - Ты это, Паша... Ольга - баба умная, она себе в убыток работать не будет. - Давай как-то по-мужски договоримся, ну? - Договоримся. Ты это... потерпи немного. Через годик нас уже здесь не будет, развернешься. Сашка уже доучивается, ферму продаем, в город переезжаем. - Ха-ха, это кто же так решил? - Я решил. Ресторанчик купим. Да и Сашке в городе лучше работать. - А я год-то не протяну. Сам смекни: у вас ферма, у меня ферма, надо договариваться. А я тебе заплачу. Поговори с женой. - Сколько? - Да не обижу, останешься доволен. - Так это ж дело непростое - Ольгу-то уговорить. Это надо землю рыть и жилы рвать, а? - Вот и рой. А заплачу сколько скажешь. Только поговори с женой. - Ну ладно, поговорю. - Здорово, Вася. - Здрасте. - Ну как у нас дела? - Порядок. - Ворота закрой. - Хорошо. - Ольга Михайловна, беда! Беда у нас! - Что у нас опять случилось? - Я недоглядела. Зорька наелась комбикорма. Теперь ей плохо, желудок не запускается. - Света, ну как же так-то, а! - Да бычок распоясался, пришлось призывать к порядку. Ну а Зорька воспользовалась. - Что, Борька опять буянил? - Ага. - Ай, дурочка, что ж ты натворила, а? Тебе же самой плохо. Сколько раз я тебе я тебе объясняла, чем это может кончиться! - Может, ветеринара позвать? - Да сами справимся. Знаешь что? Бери хворостину и гони ее в поле. И гоняй ее до тех пор, пока у нее желудок не запустится. - Точно. И масла надо дать. Эх, я растерялась. Зорька, пойдем. Пойдем со мной, Зорька. - Давай, иди. - Идем-идем-идем. - О! Ну, как съездила? Поговорила с училкой? - Поговорила. От нее толку мало, я к директору пошла. Она обещала во всем разобраться и Саше учителя поменять. - Ну и хорошо. - У меня машина на трассе заглохла, еле завела. Глянь, что с ней, а? - Да свечи, наверное, надо проверить. А так, по-хорошему, новую машину покупать надо. - Купим. Сашу выучим и новую машину купим. - И в город переедем. - Что мы там потеряли-то? - Лешку Потапова помнишь? Вместе учились. Так вот, в Москву переехал, ресторан свой открыл. - Молодец Лешка. А ты-то тут при чем? - Так обещал помочь, если в Москву-то надумаем. - Олег, ну какая Москва? У нас ферма, хозяйство. - Олюня, ну ферма ж - не предел мечтаний, а? Подумай сама: ну красота, а? Ни коров тебе, ни навоза. Купим ресторанчик, я буду шеф-поваром, ты - бухгалтерией заниматься, Сашка - пение вести в школе. Ну красота? - Нет. - Слушай, что ж ты такая упрямая, а? Вот не согнешь тебя, не сдвинешь, как танк. Полтора часа не трогать. - А куда ты? - В библиотеку. Новая библиотекарша старинные рецепты для меня нашла. - А-а. По пути забеги в контору, узнай, когда корма привезут. Ну, чтоб вовремя деньги перечислить. - Я ж говорю, танк. - Таисия Петровна, я думала, мы с вами в прошлый раз поняли друг друга, но вижу, что я ошибалась. Ну что ж, повторюсь. У нас есть программа, утвержденная Министерством образования. - Ясно. Ольга Михайловна к вам приходила? - Приходила и жаловалась на вас. И мне ее аргументы очень понятны. - Да мы еще будем гордиться этой девочкой, а на училище будет висеть табличка – "Здесь училась Александра Семенова, великая оперная певица". - Ну это уж какие-то Нью-Васюки получаются! Таисия Петровна, я вас умоляю, никакой самодеятельности. Мы - городское училище, а не филиал Ла Скала! - Ну что? - Да, у твоей мамы стальной характер. Если ты его унаследовала, то мы всех победим. - Мама такая сильная, ее победить просто невозможно. - Возможно. Мы победим своими достижениями. Когда мама увидит твои успехи, она станет нашей самой надежной союзницей. А пока в училище мы больше заниматься... - Здрасте. - Здравствуйте. - ...Заниматься не будем, перенесем занятия ко мне домой. Угу? - Угу. - И не будем об этом распространяться. Мы ведь тоже упрямые и с сильным характером, да? - Привет. - Привет. - Ну что? Я нашла, что ты искал? - Да, это именно то, что я искал. Алиса, ты невероятная. Такая эффектная, красивая, как луч света... - В темном царстве. - Слушай, я на самом деле серьезно. В нашем болоте ты единственная, с кем можно поговорить о чем-то, кроме надоев и урожая. - Олег, ты сегодня просто сыплешь комплиментами. - Я готов делать это бесконечно. - Вот бесконечно не получится. Я все-таки надеюсь найти покупателя на теткин дом. - В моих интересах, чтобы этого никогда не произошло. - Нет-нет-нет, я не намерена торчать в этой дыре до пенсии. - А пока мы все-таки здесь с тобой торчим, предлагаю заварить чай с соблюдением всех законов китайской науки. - Кто еще в этой дыре предложит изысканный чай? - Прошу. - Сейчас-сейчас, мои красавицы, будем доиться, ага. Так... - Михална! Свет погас по всей деревне. - Понятно. Ну что ж, врубай генератор, пора коров доить. - Да не работает генератор. Пробовал запускать - дохлый номер. - Вот ты ж, а! Ну что ж, будем вручную доить. Зови Свету с Васей. - Сейчас. Васька, Света! Сюда! - Ага. - Чего, Ольга Михайловна, помогать? - Помогать. Вася, не забыл, как доить коров? - Да я готов. - Давай скамеечки из-под навеса принеси. - Хорошо. - Ага. - Давай, ты Зорьку, я Маньку. - Ну что за сволочизм, а? Как только дойку закончили, сразу свет дали. - Так чего торопиться? Подождать надо было. - Коровы ждать не могут, у них вымя распирает. Они привыкли к режиму. - Ой, ты уже, знаешь, это... рабом своих коров стала. - А ты - разгильдяем. Обещал же генератор починить. По твоей милости коров вручную доили. - Слушай, раньше люди как-то без этих доильных аппаратов обходились, и ничего. - А еще раньше на мамонтов охотились и ни про какие кулебяки слыхом не слыхивали. - А это здесь при чем? - Да при том, что я на тебя надеюсь. Если ты говоришь, что починишь, я должна быть уверена, что так оно и будет. - Вот, кулебяка, о которой мамонты и слыхом не слыхивали, - трехслойная, по-монастырски. - Пахнет хорошо. На вкус еще лучше! - Спасибо. (Звучит оперное пение.) А что это слушаешь? - Я... Педагогиня Сашина сказала, что у нее голос меццо-сопрано. Вот я нашла похожий, слушаю, хочу понять, о каком будущем наша Саша мечтает. - Да? Слушай, Оля, а может, не будем мешать Сашке? Надо выяснить, сколько получают оперные певицы. Может, там деньжищи немеряные, а? - Слушай, ты-то хоть не начинай, а? А если ее сломают в этой опере? Вот там прям все сидят и ждут, когда она на сцену выйдет. - А, ну ладно. У нас тем более еще год в запасе есть. А у меня для тебя подарочек. - Ой. - Вот. - А это что? - Смотри. - Ой, что это? - А это маникюрный набор. - Олежа, я сегодня десять коров вручную подоила. Ну какой маникюр? - Оля, ну женщина ты или нет? Вот переедем в город - будешь там маникюр себе делать. - Ой-ой-ой. Что, из-за маникюра ферму продавать? - Да не в маникюре дело, а в другом образе жизни, понимаешь? - Меня и наш устраивает образ. - А меня нет. - Здрасте, приехали! А чем это? - Ой, ты не поймешь. (Поет на итальянском языке.) - Фу, чертовски сложная правая рука! Но я выучу, ты не сомневайся. - Я ни капельки не сомневаюсь. - Да? То есть если я выучу эту партию, то буду аккомпанировать тебе на конкурсе, так? - Да. - Получается, мы будем вместе на сцене. - Вместе. - Кхе-кхе. Да мне-то что? Целуйтесь-целуйтесь. Но если Оксана узнает, обольет дерьмом так, что не отмоетесь. - Это тебя Оксана подослала, да? - Что, испугался? - Слушай, Таня, я уже месяц назад ей объяснил, что я встречаюсь с Сашей. Понятно? - Ты что, Оксану не знаешь? Она тебя так просто не отпустит. - Так, ладно, мне пора. - Саня, слушай, ну уже раз двести ей точно все объяснил. - Антон, я верю. Мне правда пора на занятия. - Слушай, Таня, а тебе не надоело у Оксаны на побегушках быть, а? Нашла б себе парня. Сеньку какого-нибудь, а? Времени бы не хватало на всякую фигню. - Да пошел ты! - Саша! Саша! - Что? - Хочешь расскажу, что о тебе говорят? - Да кто обо мне говорит? Не сочиняй. - Ну ты даешь! Говорят, была тихая и невзрачная, и тут Таисия начала всем твердить, что ты уникум. Вот Антон и бросил Оксану и к тебе перебежал. - Неправда! Они с Оксаной раньше расстались. Только потом мы начали с ним встречаться и репетировать. - Наивняк! Антон - карьерист. Пока Оксана была первой в группе, Антон был с ней, а как стала ты... - Таня, прекрати. Да и Оксана уже с кем-то встречается. - Так это назло Антону. Она так злится, что он ее бросил! И на тебя, между прочим, зуб имеет о-го-го какой. - А тебе не надоело слухи распускать? Поговорить больше не о чем? - Вот дура наивная! - Оксана, хватит за мной бегать. - Все равно ко мне вернешься. - Пошла вон. Идиотка! - Не забыл еще мои поцелуи? Антоша, ну она же амеба, она же никакая. - Слушай, может быть, она и амеба, но только эта амеба скоро будет мировой знаменитостью. Да! Я лично слышал, как об этом Таисия говорила. - А жить ты будешь с ней? Или с ее мировой славой, а? Я ж тебя знаю: она тебе скоро надоест. - Слушай, я тоже тебя знаю. Поэтому сразу говорю: отстань от нас и к Сашке больше не подходи. Если я что-то узнаю... - Что ты сделаешь? А что ты сделаешь? Ты мне рожу кислотой обольешь? Ударишь меня, Антоша? Ударишь? - Ты успокоишься или нет? Совсем, что ли, крыша у тебя поехала? - Да, поехала, Антон. Ты же знаешь, я предательства не прощаю. Так что ты подумай хорошенько. - А ты тоже подумай. - А я подумала. Я ей жизни не дам. Не получит тебя твоя Саша, как ни старается. (Поет по-итальянски.) - Саша, проходи. - Угу. - Успела повторить арию? Конкурс никто не отменял. Через месяц мы должны всех победить. - А как же Людмила Федоровна и мама? - А я сама подам заявку на участие в конкурсе, их согласие не потребуется. Узнают они уже по факту, когда ты победишь. А ты обязательно победишь. Поняла? - Угу. - Тогда давай распеваться. (Поет вокализ.) - Здрасте. - Здрасте. - Вызывали, Людмила Федоровна? - Проходите. Вы вчера отменили занятие с Оксаной Барковской? - У Барковской ангина. Она не могла петь. - У меня другая информация. Вы отменили занятие, потому что занимались с Семеновой на дому. Развели тут партизанщину! - Занятие с Оксаной не состоялось потому... - В любом случае, Таисия Петровна, вы должны находиться в классе. - Но это же бессмысленная трата времени. - Таисия Петровна, поймите меня правильно: мы должны выпускать специалистов, которых ждут и в школах, и в детских садах. Есть учебная программа, утвержденная министерством, есть учебный план, есть, в конце концов, дисциплина! - А есть Саша Семенова, у которой вне всяких планов и программ есть уникальные способности! - Уникальность, Таисия Петровна, - это в других заведениях. Все, я вас предупредила. Еще один выговор - уволю по статье. Семенову позовите ко мне. - Здравствуйте, Людмила Федоровна. - Присаживайся, Саша. Сашенька, скажи: Таисия Петровна заставляет тебя заниматься вокалом на дому? - Нет, что вы. Я сама. Я просто очень хочу петь... - Ну и пой детские песенки. Никто не запрещает. Ты же хочешь быть музыкальным работником? - Нет. - Да?.. Ну что ж, Саша, я думаю, что тогда тебе нечего делать в нашем учебном заведении. - Ну и отчисляйте. - Семенова! - Бог в помощь, Ольга Михайловна. Слушай, у меня к тебе разговор серьезный. - Какой? - Вот посоветуй, чего мне делать, а? - Коров нормально кормить, коровник в чистоте держать и ветеринара почаще приглашать. - Смешно. А молоко куда мне сдавать? - Ну если будешь делать все, как полагается, покупатель сам к тебе прибежит. - М-да, не получается у нас с тобой серьезного разговора. И Олег тебе не указ. Тоже мне, муж называется! Я тебе вообще поражаюсь. Другая бы на твоем месте уже бы давным-давно свинтила бы в город, чтоб семью сохранить. А... - Ты это про что, Паша? - Про то, что библиотекарша новая на твоего Олега глаз положила. - Ой, да ладно тебе! Хватит выдумывать! - Я выдумываю? Это все вокруг видят. У тебя у одной слепота куриная. Я сам видел, как он сейчас в библиотеку торт огромный потащил и цветы. И шампанское. Ты куда? - Муженьку приятного аппетита пожелать. - А-а. Беги-беги... А то не успеешь. - Что это у вас тут? - У Алисы Витальевны день рождения. Я вон и торт испек. А ты чего? - А я мимо проходила, дай, думаю, зайду посмотрю, какие такие рецепты мой муж выискивает. - И нашел - кулебяки. Ты же вроде пробовала. Забыла? - Присаживайтесь, Ольга Михайловна, будем рады. - В следующий раз. Не буду мешать, пойду. А вилы пусть пока тут постоят. Подарок новорожденной. - Чего это она? - Ольга Михайловна, а что случилось? - Да из ума выживаю! Ой, и смех и грех! - Кажись, напилась железная фермерша. Вон как ее прет. - Не наше дело. Ты, главное, сам не напейся. А то если она по трезвости так тебя приложила, то по пьяни зашибить может. - Когда это она меня так приложила? Я этого не помню. - Вася, это мне приснилось. - Какое "приснилось"? Ты мне... ты... говори, раз начала. - Вася, это мои фантазии. - Какие фантазии? "Фантазии". Давай говори! - Вася! Не приставай! Вася! (Слышен плач.) - Сашуля! Саня, ну чего ты ревешь? - Я ухожу из училища. - Еще чего! Я тебя никуда не отпущу. Сашуля! Ну не переживай ты так. Все наладится. - Да ничего не наладится. Кто-то настучал Людмиле про подготовку к конкурсу. А я никому не говорила. Я даже не знаю, кто это может быть. - Послушай, ну... наверное, кто-то завидует. Мы с тобой обязательно найдем того, кто настучал, и настучим ему. - Угу. Антон! - А? - Я к маме хочу поехать. - Ну, поезжай. Только ненадолго. А то я скучать буду. Хорошо? - Угу. - Иди сюда. - Животных покормишь - рыжему петуху крылья подрежь, а то опять через забор перелетел. - Его еще отловить нужно, чтоб подрезать. - А ты уж постарайся! Надо его к порядку призвать, а то он соседских кур топчет, а про своих забыл. - Ну, мужик! - Чего? - Да это я так, к слову сказал. - "Мужик"... О! А чего это ты среди недели? Что случилось? - Ну, меня из училища отчисляют. - Как? За что? - Я и сама не хочу там больше учиться. Мне там не нравится. Мне там не интересно. В детском саду я работать не буду. Я туда больше не поеду. - Во как! Не хочешь! Не поедешь, да? Понятно. Значит, зря я берегла твои руки от деревенского труда, зря не будила с утра на дойку. Все зря! Вася! - А? - Иди сюда. Держи-держи. Вася, давай быстрее. Тебе повезло. Вот тебе помощник. Ты теперь над ней начальник. Определяешь сам фронт работ, да? А вечером мне отчитаешься, сколько этот работник сделал. Ну чего встала-то? Иди в коровник. Не хочешь учиться - будешь работать наравне со всеми. - И пойду. Меня этим не запугаешь! - Иди-иди, хлебни нашего труда! - И пойду! - Иди! Это тебе не на пианино детские песенки эти играть. Вася, иди сюда. Гоняй ее по полной! - Хорошо. - Мама! - А? - Мамуля... - Ну что? Устала? Вася говорит, ты хорошо работала, с огоньком. - Мам, я все поняла. Давай я вернусь в училище. Ты позвонишь директрисе, я доучусь, получу диплом. И больше не буду ее злить. - Вот и умница! - Явилась! Ты же вроде сбежала. Кто тебя тут ждал? - А как сбежала, так и вернулась. Тебе-то что? - Мы сегодня вечером собираемся у меня, приходи. - Спасибо, приду. - Ты чего ее пригласила? - Ты Антона хотела видеть? Он без Сашки не придет. - Чего она приперлась так быстро? Я бы сегодня охмурила Антона по полной. Он забыл бы про эту деревенщину. Саша! Сашенька! - Чего тебе? - Уезжай. Надумала - уезжай. - Оксана, перестань, а? Чего тебе нужно на самом деле? - Пока нас никто не слышит, я тебе прямо скажу. Хочу, чтоб ты сдохла! Не отлипнешь от Антона - сдохнешь! Поняла? - Больная! Тебе лечиться надо! - Ты что ей сказала-то? Она аж позеленела. - Так, поговорили о своем, о девичьем. - Ой, привет! - Все, погнали. - Пойдем. - Санаев! До одиннадцати! - Марья Ивановна, все помню! Все помню! Пойдем. - Санаев! - Марья Ивановна, честное слово, это не я. Она сама! - Ладно. Электрику заявку напишу, уж завтра вкрутит. - Слушай, пожди. Может, не пойдем к Тане? - Да ладно тебе, там все наши будут. Там Таньке родня кучу еды всякой вкусной привезла. Что они, без нас будут есть? Пошли-пошли. - Ну подожди. Там, наверное, и Оксана будет. - Ну и пусть будет. Пусть она сама делает выводы. - Да я ее боюсь. - Ну я же с тобой. Чего бояться? - Она хоть и психопатка, но меру знает. - Здорово, ребята! - О, Антон! Заходи, здорово! - Антоха, здорово! Иди к нам! - Привет! - Ну что? Танцуем или пожуем сначала? - А сам-то как хочешь? - Сашка, а споешь нам своим уникальным голосом? - Ой, ну отстань, где надо, там и споет. - Посмотри, как твой Антон Сашку обнимает. Боится из рук выпустить. - Что-то меня тошнит от этой сладкой парочки. Я домой. - Ну, чего тебе налить? - Минералки давай. - Минералки? - Да. Я, кажется, телефон забыла в комнате. Да забей. Зачем он тебе здесь? - Да мне надо родителям позвонить. Я забыла позвонить, что приехала. Я туда и обратно. Тебя проводить? - Да зачем, Антоша? Тут же на один этаж спуститься! - А-а! - Также добавлю сюда одно яйцо, щепотку соли - и измельчаю. (Телефонный звонок.) - Таисия. Вот уж с кем я сейчас не хочу разговаривать. Таисия Петровна, мы уже друг другу все сказали. - Ольга Михайловна, не бросайте трубку. У меня плохие новости. Саша в больнице. Она просила вам не говорить, но я решила... - Саша?! Что с ней? - Она упала с лестницы и потеряла сознание. Очевидно, споткнулась. Врачи говорят, сотрясение мозга, но завтра будет более серьезное обследование. - Спасибо, что сообщили. Выезжаем. Олег, заводи машину, Саша в больнице! - Оля, да я ж свечи не поменял. - Но ты же обещал их почистить! - Ну я выкрутил, понял, что чистить бесполезно, надо менять, и замотался. - Господи... Ладно, поехали на моем муравье. - Подожди, подожди, Оля, что с Сашей-то? - У нее сотрясение. Она упала с лестницы. - Оля, да подожди ты! Оля, подожди! Подожди, сядь. От сотрясения еще никто не умирал. Чего ехать на ночь глядя? - Но она потеряла сознание! - Оля, она в больнице, под присмотром врачей. Ночью в больницу не пустят. Завтра. Поменяю свечи, и поедем. - Пойду пока сумку соберу. - Ну что ж, картина понятна. - Чего? Пойдемте ко мне в кабинет, девочки пусть отдыхают. - Мам, я домой хочу, забери меня. - Заберу. Как только врачи разрешат, сразу домой. - Мам, да у меня чуть-чуть голова кружится, в остальном все нормально. - А это врачам решать. Лежи-лежи. Поправляйтесь. - Здрасте. - Здравствуйте. К счастью, переломов у Саши нет. - Кость крепкая, деревенская. А она говорит, что у нее голова кружится. - Ну, это нормально при сотрясении. Пару дней полежит в больнице, мы за ней понаблюдаем... Здрасте. А потом можно и забрать ее домой. - Ага. - О-о-о! Доброго здоровьечка, Олег Батькович! Ой, наодеколонился-то - за версту разит! - Пройти дай. Я говорю, с дороги уйди! - Почему это? Это общая дорожка, я вот по ней домой иду. А твоя усадьба совсем в другой стороне. А куда же это ты намылился-то, пока жены нет дома? - Не твое дело. - А Ольга Михайловна в курсе? - Слушай, Пашка, ты не зли меня. - Ой, а то что? А, я ж забыл, ты у нас мужик-то крутой! - Чего ты хочешь? - Чего я хочу? Ты обещал с женой поговорить? Обещал. Ну, ты же говорил, что ты хозяин в доме. И чего на деле? - Ну, говорил, говорил. Ну, ты что, жену мою не знаешь? Упрямая она. Время надо. - Время надо? Так а я никуда не тороплюсь. Я уже освободился. Вот отдохну маленько. - Да и черт с тобой. - Ты куда собрался-то? В библиотеку, никак? А Алисочка ушла уже. А как ты книжки тогда читать будешь? - Какая она тебе Алисочка? - А что? Я парень холостой, она тоже свободная. Чего бы нам не того-этого... - От тебя навозом за версту тянет! Она на такого и не посмотрит. - Ой-ой, от тебя котлетами жареными воняет с луком, чесноком - ни один одеколон не перебьет! Запеканкин! Навоз ему не нравится. Интеллигентишка вшивый! - Ты чего молчишь-то все время? - Тошно и страшно. - Что случилось-то? - Я окна мыла и упала со второго этажа. Голова закружилась. Ну так тебе повезло, как и мне. Это не страшно. - Повезло? Пока я здесь, мой Артем с другой. Она уже давно за ним бегает. - Ну так а если твой Артем такой предатель, тогда зачем он тебе? Я бы предательства никогда не простила! - А я его люблю! - А меня вот с лестницы толкнули в спину. Я, правда, не сказала никому: вдруг показалось, а я сама споткнулась? Но я верю, что мой Антон меня не бросит, пока я здесь лежу. - Я умру, если Артем меня бросит. - Даже думать так нельзя. - Алиса, ты чего? Что случилось? Кто тебя обидел? - Я... я правда больше не могу. Вокруг одни хамы, понимаешь? Вернули книгу всю изодранную и в пятнах. Я... Я просто замечание сделала, меня... матом обложили. - Господи... Ну успокойся ты. Да заклеим мы твою книгу. - А жизнь мою мы тоже заклеим? Прости. Прости, я не хотела тебя обидеть. Просто я... я правда... я очень хочу отсюда уехать. Я хочу скорее продать теткин дом, получить деньги и уехать отсюда на все четыре стороны!.. - Как я тебя понимаю. Я как тебя встретил, я тоже хочу уехать в город. Открыть свой ресторанчик, ходить по чистым улицам, а не месить навозную жижу сапогами. - Да, да! Давай уедем? - Но деньги-то откуда взять? Буду уговаривать жену к чертовой матери продать все: коров, телят, дом. На эти деньги все что хочешь можно купить. - Ты уедешь с женой, а я здесь останусь? - Глупенькая. Ну что ты такое говоришь? Я как только устроюсь, открою свой ресторанчик, появятся деньги, я сразу разведусь и заберу тебя к себе. Веришь? - Верю. Тебе одному верю. - У меня жена только завтра приезжает. Я останусь у тебя? - Привет. Спасибо. - Ну как ты здесь? - Все в порядке, только голова слегка кружится. - Слушай, я так перепугался, когда тебя без сознания на лестнице увидел. Еще эта Марья Ивановна кричала: "Убилась! Убилась!" Просто... - Я вообще ничего не помню. Очнулась в скорой. - Ты пошла за телефоном. Я немного подождал, а потом пошел тебя искать. - Слушай, я вообще не представляю, как это все могло произойти. Я вроде шла осторожно. Меня потом будто кто-то в спину толкнул. - Нет, я никого на лестнице не видел. - Странно, я тоже. Ну, может, сама споткнулась. - Слушай, сейчас самое главное - что ты отделалась легким испугом. Ну а теперь по лестницам будем ходить вместе со мной. - Да меня тогда не только Оксана, меня все начнут ненавидеть. - Слушай, это полная ерунда. Мне плевать на всех остальных и на Оксану в том числе. Я тебя люблю. - Правда? - Правда. Слушай, вообще это мне тебя ревновать надо. Вот представь, сейчас ты выиграешь конкурс, станешь звездой, придется мне всех от тебя отталкивать. - Да мне кроме тебя и пения вообще никто не нужен. Слушай, а меня, кстати, выписывают сегодня. Мама уже с врачами разговаривала. - Да? Вот и отлично! Поживешь еще немного дома, до конца вылечишься - ну а потом сразу ко мне. Посмотришь, как я живу, познакомишься с моими родителями. - Ты что, серьезно? - Ну конечно. Надо же тебя из твоей деревни вытаскивать. - Да я выросла в деревне, мне там нравится. - Что там может нравиться? Вонь, коровы, грязь? Что? - Там хорошо. Ты привыкнешь. - Нет, спасибо. Я привыкать не буду. Я городской. И ты тоже будешь городская. Так что как вылечишься, сразу ко мне, а? - Может, рано? - После конкурса будет поздно. - Мама, познакомься. Это Антон, мы вместе учимся. Антон, это мама - Ольга Михайловна. - Здрасте. Очень приятно. Вот, решил Сашу навестить. Все беспокоятся. - А это хорошо, что приехал. Ага. А Сашу отпускают врачи домой. - Зорька, девочка наша, звездочка! - Саня! - А? - А ты с Антоном-то давно встречаешься? - Ну, мы учимся вместе. Он лучший пианист училища. Он мне нравится. - Красивый парень. - Это да, он классный! И играет круто. Только живность не любит и деревней меня обозвал. Он меня бросит, да? - Дурочка, папа тоже из городских и тоже живность не любит. А живем уже столько лет. - Ну так вы особенные. - Да ничего особенного. Случайно встретились, полюбили друг друга. Как это в физике - разноименные полюса притягиваются. - Странная штука жизнь. Вот так живешь, строишь планы, а потом раз - и нет тебя. - Да типун тебе на язык! Все-таки с головушкой твоей что-то произошло. - Сашка, ну ты даешь! Спой нам лучше что-нибудь новенькое. А то мы с мамой тебя вообще ни разу не слышали. - Как - не слышали? Мы на каждом празднике поем. Поет: Расступися, народ, Вот мой миленький идет! Сейчас по нашей улочке Полетят кастрюлечки. Эх! - Да нет, Оля, я же не о твоих кричалках. Я о высоком искусстве. А? - Ну, мне распеться сначала надо. - Распойся, если надо. Все лучше, чем о глупостях думать. (Распевается.) - Мама, у меня голос пропал. - Что значит "пропал"? Ты же говоришь. - У меня меццо-сопрано пропало! - Может, показалось? - Да нет, мама! Я вот эту ноту всегда легко брала! Она у меня всегда была! А сейчас ее нет! Это... Мне что теперь делать? Это же просто конец, мама! - А что теперь делать? - А я откуда знаю? Да ничего, проплачется и успокоится. В конце концов, всего одна нота пропала. - Ну что, еще не успокоилась? Саша, расскажи, что за трагедия? Я постараюсь понять. - Ты не поймешь, потому что ты совсем никогда не хотела, чтобы я стала певицей. - А я и сейчас не хочу. Это правда. Но я мать. И мне больно, когда я вижу, что ты плачешь. - Мне звонила Таисия, а я ей не ответила, потому что я не знаю, что ей сказать. - Ну и правильно. Нечего с ней разговаривать. - Да от меня теперь все отвернутся: и Таисия, и Антон. Мама, да я вообще не знаю, как мне жить дальше. - Ой, Сашенька, да проживем как-нибудь. - Да я не хочу как-нибудь. Я не хочу, как папа - не любить коров и всю жизнь жить с ними. - Ну, положим, папа живет со мной, а не... Саша, не расстраивайся раньше времени. Сегодня голос пропал, завтра появится. А ну-ка, иди умойся, почисти зубы - и спать. - Да мам, что ты со мной как с маленькой?! - Утро вечера мудреней. Где ж ты умудрилась так извозюкаться, а? Разве можно в приличный коровник в таком виде? Эх, Зорюшка, помнишь, как мы хорошо жили, а? Сашка училась, в детском саду ее здесь ждали, я старалась, чтоб дом - полная чаша. Правда ведь? А появилась эта Таисия, заморочила Сашке голову, а теперь у нее глаза на мокром месте второй день. (Телефонный звонок.) Таисия: - Алло. - Алло-алло. - Алло, Ольга Михайловна! Ольга Михайловна, у вас все в порядке? Я не могу дозвониться до Саши. - А она с вами разговаривать не хочет. - Ольга Михайловна, подождите, не бросайте трубку, я перезвоню. Я буду перезванивать до тех пор, пока не узнаю, почему Саша не отвечает на мои звонки. - А я и не собиралась бросать. Давно вам хочу все высказать. Заморочили Саше голову, а теперь она страдает по пустякам. - По каким пустякам? - Да голос у нее пропал - тот, который вы у нее нашли, и теперь она плачет без остановки. - Это трагедия! Вы даже не представляете, какая это трагедия! - Да куда уж мне понять-то! - Так, я сегодня же приеду. - Не надо! Не смейте, я вас к ней не пущу. Хватит морочить ей голову пустыми мечтами. И потом, какая это трагедия? Говорить может, песенки петь может. - Да ерунду не говорите! Это ужасная потеря. И если вы по скудоумию этого понять не можете, то мне вдвойне жаль Сашу, потому что вы толстокожая мать. - Ольга Михайловна! Ольга Михайловна! - Что? - К вам гости, похоже. - Добрый день, Ольга Михайловна. Где Саша? - Таисия Петровна, ну что вы такая настырная, а? Зря приехали, только время потратили. Чтоб вам не так обидно было, я вам на обратную дорогу курочку дам. Коля, принеси учительнице самую жирненькую. - Это сейчас, это мы мигом! - Где Саша? Я должна ее увидеть. Саша! - Я же вам объяснила все по телефону: не надо приезжать. - Саша! - Да что ж такое-то, а?! - Таисия Петровна, у меня голос пропал. Нота "ми" - помните, я ведь ее брала? - Без паники. Такое бывает даже с именитыми. Может быть, плохо распелась или понервничала. Мы сейчас сядем за инструмент, проверим связки и поймем, что пропало и надолго ли. Где инструмент? - Там. - Ага. - Мама, ты будешь нам мешать. - Во характер, а! Не иначе мой. - Ну что, эту рубить? - Ладно, пусть живет. Иди. (Саша распевается.) - Мы с Сашей уезжаем. Сейчас же. - Я ее никуда не пущу... с вами. - Вы можете ехать с нами. - Саша, ты объяснишь матери?.. - Мам, мы едем к врачу. - Ты только из больницы. Врачи сказали, что у тебя все в порядке. - Саше нужен специальный врач - фониатр. - Мам, оставайся дома. Таисия Петровна знает, что делать. Ну, мам, это та же больница, в которой я уже лежала. Врач просто посмотрит связки, я вернусь домой, ничего не случится. - Нет уж. Я поеду с вами. Ждите здесь. - Можете закрыть рот. Голова больше не кружится? - Нет. - Спите нормально? - Да. - Кошмары не мучают? - Мне снится иногда, что я падаю с большой высоты, мне страшно, и я просыпаюсь. - Так. Я вам пропишу успокоительные. - Доктор, что скажете матери? - Связки в полном порядке. Я назначу вам процедуры: фитотерапию, ингаляцию, орошения. Ну а дальше посмотрим. - Мы свободны? - Ну конечно, вы ж не под следствием. - Саша, пойдем, пойдем. - Я сейчас. Задам несколько профессиональных вопросов. - До свидания. - До свидания. - Доктор, что, все так плохо? - Потеря голоса не связана с физиологией. Скорее, нервы. Так что нужно время. - Спасибо. Ну что, хорошо, что мы показались фониатру. Доктор прав: нужно время, чтобы голос восстановился. А пока мы унывать не будем, правда, Саша? - Правда. А что делать-то? - Получишь диплом, у тебя отличная специальность - музработников в детских садах очень любят. Поработаешь немного, пока голос не вернется. - Все так плохо? Вы сейчас прям моими словами заговорили. Только теперь меня это пугает. - Не знаю. Время - лучший лекарь. - Саша! Может, Сашку в санаторий определить? - Я вообще не пойму, что ты волнуешься. Ты хотела, чтоб она была музработником? Твое желание сбылось. А тебе снова все не так. - Да я сейчас не о себе. Я о ней. У нее мечта рассыпалась. А если я ошибалась, а Таисия права? - Может, и права. В город переезжать надо. - Кто о чем, а вшивый о бане. Ну при чем здесь город и Сашин голос? - Оля, да при том. В городе возможностей больше, врачи лучше. На худой конец, детских садов полно. Продадим ферму, купим ресторан. - О! "Купим ресторан". Пример Лешки Потапова покоя не дает. - А что, я.... я отлично готовлю. Чем я хуже? - Но этого мало, Олежек. Для этого еще надо быть деловым человеком. А этой жилки у тебя нет. Ну нет, нет! Я ж тебя знаю. - Так ты ж бухгалтерией будешь заниматься. - Мне и фермы достаточно. - Саша? - Здрасте. - Ты почему так рано? Ты могла бы еще дома посидеть. - Я не хочу дома сидеть. Я хочу заниматься, хочу восстановить голос. - Надо поберечь связки, подождать, пока организм справится со стрессом. - Я не хочу ждать. - Саша, но у меня сейчас будет другая ученица. - Вы что, от меня отказываетесь? - Да нет, никто от тебя не отказывается, но... но просто же есть учебный план. - Я так и знала. Я так и знала, что от меня все откажутся, когда у меня голос исчезнет! - Так, прекрати истерику. Хорошо, хорошо. Давай начнем вот... с легких детских песен. Никакого напряжения, в пределах одной октавы. - Я не буду! Не буду сидеть на легком диапазоне! - Придется. Иначе ты можешь потерять голос навсегда. - А вы что, совсем меня не понимаете, да? Да мне чем так, лучше совсем никак! - Саша! Саша! Саша, вернись! - Сашуля! Я так рад тебя видеть. - Привет! Я тоже соскучилась. И дома так скучно. Может, сходим куда-нибудь погулять? Или в кино, например? У меня теперь так много свободного времени. - Да какое свободное время, ты чего? Я только вот разучил твою жуткую партию - ну, помнишь, в конкурсной программе? Репетировать надо: конкурс скоро. - Слушай, я что-то в том кабинете забыла. Я сейчас вернусь. - А куда это Сашка так быстро помелась? - Понятия не имею. Странная она какая-то. Что-то с ней не так. - Танька! - Что? - Иди разведай, что происходит. - Я сам схожу. - Раз сразу тебе не сказала и убежала, значит, и не скажет. Танька, иди. - А что сразу я-то? Сама иди. - А мне она точно ничего не скажет. Она знает, что я ее ненавижу. А тебя она не боится. Иди. (Саша плачет.) - Ну ты чего ревешь? - Отстань! - Не отстану, пока не скажешь. Тебе нельзя после сотрясения нервничать. - Мне все равно. - Вот ты где! Таня! Саша, ты ведешь себя как маленький ребенок. Тебя испытывает судьба, а ты сразу в слезы. Но так же нельзя, Саша! - Таисия Петровна, да мне страшно. Я уже всю жизнь распланировала, а у меня голос пропал. - Ну и что? Жизнь на этом не заканчивается. Будут еще конкурсы в твоей жизни. А сейчас надо... - Я не хочу! Не хочу! Не хочу! Не хочу... - Саша, Саша, Сашенька! А сейчас нужно потерпеть и пережить все неприятности, слышишь? - Я не могу. - Тише-тише... - Да ладно?! - Да точно, точно вам говорю. Я сама слышала, как она Таисии это говорила. - Это правда? - Ты о чем, Антон? - То, что у тебя голос пропал и конкурса никакого не будет? Правда? - Врачи говорят, что пока неизвестно. - Не увиливай. А я-то думала, что Таисия отказалась с ней заниматься?.. - Это неправда. Она от меня не отказывалась. Мне просто врачи запретили петь. - А ты такой наивняк, что поверила, да? - Сашенька, ну не переживай ты так. Ну будешь как все. - Да! Будешь пиликать на пианинке на своих детских утренниках. Антон, ты чего молчишь? - А я-то что? Ну если конкурса не будет, то репетировать не надо. Ну что, девчонки, пойдем в кино? - О-о! - Да! А потом в кафешке посидим. - Точно. - Саша, ты с нами? Ну, дело твое. - Пожалуйста. - Мороженого. - Сколько? - Восемь. Спасибо. А, сейчас. - Зорька-то у нас прям сегодня рекордсменка. - Ага. - Привет, Зорька. - О! Сашенька? А ты что здесь делаешь? Ты же только вчера в училище уехала. - Ну, как уехала, так и приехала. Я заболела. Лечиться буду дома. - А с чего ты взяла, что заболела? Температуры вроде нет. - Ну, сегодня нет, завтра будет. - Иди в дом. Дойку закончу - поговорим. (Корова мычит.) Рот закрой. Слушай, как ты со своими четырьмя справляешься? - Да я счастливый: женился поздно, они у меня еще маленькие. И до момента, когда их начнет мотать из стороны в сторону, еще далеко, Михайловна. На, держи. - Ты что, с ума сошла? Тебе нельзя холодного. Ты что делаешь?! Зачем ты себя гробишь? - Да я не хочу! Не хочу больше петь, не хочу учиться, не хочу никого видеть - ни Таисию, ни Антона, ни тебя! - А-а, с Антоном поругалась? Глупышка, помиришься. Все будет хорошо, голос вернется, выздоровеешь, верь мне. - Да не верю! Он меня бросил, а сам ушел к Оксане. А я лучше охрипну или стану немой. - Ох, дурочка, хватит глупости говорить! - Да это ты во всем виновата! Это ты хотела, чтоб у меня голос пропал! А теперь радуйся: нет у меня больше голоса, нет! - А ну-ка быстро в постель под одеяло! Я тебе сейчас горячее молоко принесу с медом. - Какая тебя муха укусила? - Я с ног валюсь, работаю, а тебе лень за Сашей посмотреть? - Сашка взрослая уже, что над душой стоять? Я ее вырастил, свою миссию выполнил, все. - Не зли меня. Саше очень плохо, а тебе хоть бы хны! - Оля, проблемы есть у всех. У меня вон тоже на работе неприятности, но я никого ими не гружу. Ну что ты дергаешься, а? Ну Оля, ну радоваться надо: станет нормальным музработником, как мы и мечтали. Хорошо ж все. - Боюсь я за нее. Ой, мамочки! Сейчас, сейчас, моя хорошая. Сейчас станет легче, потерпи. Потерпи, моя доченька. Вот так. Сейчас станет легче. - У нее обыкновенная ангина. Свирепая, но это не смертельно. - А я так испугалась... - Меня беспокоит не ангина, а настроение больной. Она не хочет лечиться. Она не сопротивляется болезни. Она хочет болеть, а не выздоравливать. Может, вам стоит обратиться к психотерапевту? Такой настрой очень замедляет выздоровление. - Сейчас вот температура спадет, ремня ей всыплю - вот и вся психотерапия. - Олег, помолчи. Доктор прав. Степан Сергеевич! Саша и правда ноги в тазу со льдом держала, чтобы ангину подхватить. - Вот и я о том же. Обратитесь к психотерапевту. Так и до суицидальных мыслей недалеко. Не упустите дочь. - До свидания. - До свидания. - Я, пожалуй, тоже в город поеду. - Куда ты на ночь глядя? - Надо Сашу спасать. Первый автобус будет через два часа. А ты сиди здесь и глаз с нее не спускай. И никаких походов в библиотеку! - Совсем бабы с ума сошли. - Точнее по ноткам. (Стук в дверь.) - Да. - Можно? - Можно. Леночка, прервемся. Подожди за дверью. - Здрасте. - Здравствуйте. - Сашка довела себя до ангины и не хочет лечиться. - Как? - Научите, что делать? Все выполню. - Вы же помните, фониатр говорил: нужно время и терпение. - Да нет времени. Жалко мне ее. А есть какие-нибудь другие фониатры? Поавторитетнее, что ли? Чтобы Сашка в них поверила. - Ну, такие только в столице. - Да хоть на край света. Лишь бы Сашка... - И еще нужен очень опытный педагог по вокалу. - Вы? - Гораздо опытней меня. Так, вот. Инесса Яковлевна Войтес. - Ого. - Угу. Железная дама. Воспитала не одно поколение оперных певцов. Вот ей можно доверить Сашу. - Я на все согласна. - Да проблема не в вас. Инессу еще уговорить нужно. Она недавно похоронила сына и теперь никого не принимает. - Я уговорю. - Надеюсь. И я ей напишу. Она меня учила. - Спасибо. Побегу я. - Да. Ага. Удачи, Ольга Михайловна. - Ага, спасибо. Как ты? - В порядке. У меня нет температуры. Только глотать больно. - А где папа? - На работе. Еще не возвращался. - Я разговаривала с Таисией. Мы вместе думали, как тебе голос вернуть. - Вы? Вместе? - Угу. Мы поедем с тобой в столицу к лучшим врачам и к лучшему педагогу по вокалу. - Мамочка, как я тебя люблю! - И я тебя люблю. Больше всех на свете. - А где мы столько денег возьмем? Это же очень дорого. - А я продам коров. Все стадо. Я решила. И нам хватит с тобой и на житье, и на учителей, и на врачей. - Завтра едем? - Нет-нет. Сначала надо ангину вылечить и подыскать покупателя на стадо. - Ты ж в город уехала... - Ну да, кот из дома - мыши в пляс. Я же просила тебя смотреть за Сашей. - Так я зашел пару раз, она спала. И я... - Только не надо врать про ночную работу. Ты бы хоть Саши постеснялся. Она ведь уже не маленькая. - А я вообще не собираюсь ни врать, ни оправдываться. Я созрел для серьезного разговора. - У меня тоже важный разговор. Значит так, я продаю ферму, коров, бычков, кур. - А, ты поняла, что я уйду? - Чего? - Ну, тебе, наверное, напели, что я налево пошел, ну ты и... - Какая же ты скотина! - А, это обзывай как хочешь. Главное - мы теперь коров продаем и в город переезжаем. Слушай, а денег на ресторан хватит? Может, сразу и дом продадим? - Олег, очнись! Какой ресторан?! Нам Сашу спасать надо. - Помучить меня хочешь, да? Да не нужна мне эта Алиса. Да и не было у нас ничего! - А ночью ты к ней бегаешь просто так, книжки почитать? Знаешь что, если бы не у Саши проблемы, я б тебе устроила. А сейчас делай что хочешь. Мне важнее Саши никого нет. - Эй! Ты это... погоди! Ты чего это? Нет! Я тебе запрещаю бросать деньги на ветер! - Ты мне запрещаешь?! Я одна тянула ферму все эти годы: и скотник, и доярка, и бухгалтер, и реализатор в одном лице. Значит так, я все решила. Завтра ищу покупателя. - Навозная королева... - Доброго здоровьичка, Ольга Михайловна! - О! Чего так вырядился-то? Здесь можно испачкаться. - Так повод есть. - А. - Вы покупателя ищете, а я на ваше стадо давно уже глаз положил. - О как! Ты ко мне уже и на "вы". Откуда знаешь, что продаю? - Так сарафанное радио. - Паша, ты парень вроде не плохой, но со странностями. Я тебе своих коров не доверю. Не рассчитывай. - Минуточку. Я уже в банке договорился насчет кредита, а вы - в отказ? - А я тебе ничего не обещала. - Вы стадо продаете или нет? - Тебе - нет. - Ну хотя бы вот эту вот свою звезду, Зорьку, продай. Хорошие ведь деньги дам. - Где она? На выпасе? На каком? - Паша, иди отсюда подобру-поздорову. Не мешай. - А я пойду. - Иди-иди. - Но я вернусь! - Ага. - Что случилось, Олежек? - Да Ольга достала. Скот продает, а деньги на ветер бросает. Решила лечить Сашку. А чего ее лечить? Она здоровая девка. - Разрушает все твои планы, как я тебя понимаю! - Душа уже горит и стонет! - Так, значит быстрее надо делать ремонт теткиного дома, продавать - и будут деньги. - Ну денег мы, конечно, не выручим с этого, но идея хорошая. Хотя нет. Ты хорошая. Я сразу разведусь с Ольгой. - Ольга Михайловна! Ольга Михайловна! Ольга Михайловна! - Какого ты под колеса бросаешься?! Что, тебя Васька опять приревновал? - Правда, что вы продаете Зорьку? - Приходится. - Умоляю, только не Зорьку! Денег у меня нет, но я... я готова на коленях просить! Только не продавайте! - Встань! Немедленно встань! Чего ты меня перед людьми позоришь?! - Отдайте мне ее - в аренду. Я буду кормить, поить, доить, деньги за молоко вам отдавать. А когда вернетесь, верну обратно. - Да пойми ты, если стадо продавать, то целиком. Вместе их быстрее купят. - Но лучше, чем я, за ней никто ухаживать не будет. Я знаю характер Зорьки. Зорька знает меня. - Да мне самой ее жалко. Ладно, решено. Забирай Зорьку. Завтра приходи и забирай. - Спасибо, Ольга Михайловна, вы не пожалеете, честное слово. Спасибо, я сохраню Зорьку! Спасибо! - Да иди ты уже! - Васька! Васька! - Хороши бычки! Чего так рано продаете? Их бы еще месячишко покормить - совсем другие деньги взяли бы. - Знаю, что рано. Деньги срочно нужны. Еще корма в придачу отдаю. - Значит, договорились. Завтра деньги перечислю и трейлер подгоню. - Ну чего ты рыдаешь вместо меня? - Ей у меня будет хорошо. - Я не сомневаюсь. Она будет жить в доме, а вы в ее хлеву. Ладно, все, уводи животину. Все, не трави душу. - Зорька, пойдем. - Зорька, иди. Иди-иди. Иди, Зорька. Иди, пошла. А у нашей у буренки необъятные бока, Кто за вымя ее дернет - тех поднимет на рога. - Кто ж тебя умной-то назовет - стадо за бесценок продавать? Поили-поили - и на тебе! - Ты не кормил, не поил. Чего тебе переживать-то? - А Зорьку зачем просто так отдавать? У Светки на нее денег нет! - Света будет для нее хорошей хозяйкой. - Чего ты бесишься, а? Ну не было у меня ничего с Алисой. - А что, ты по-прежнему считаешь, что я коров продаю, чтоб тебя уесть? - Нет, ну из-за Сашки, конечно, тоже. Но у тебя вообще все в одно слилось - вот ты и закусила удила. - Знаешь что? Нет сил у меня с тобой спорить. Я подаю на развод. - Ты - на развод? С чего бы это? - Я сама не предаю, но и измен не прощаю. И ты это прекрасно знаешь. Так что не надо делать удивленное лицо. Все к этому шло. Спасибо, дорогие мои. Спасибо, что пришли проводить. - Я позвонила своей двоюродной сестре, Катерине. Вот ее адрес и телефон. Она вас приютит на первое время. У нее комната свободная. - Да мы, Лидия Семеновна... Спасибо. - Нет-нет-нет. Никаких возражений. Это я для Сашеньки. Ну, счастливого пути. Ну а может, все-таки?.. Ну ладно. - Вася, передай Олегу, чтобы машину забрал у вокзала. Я ее на площади оставлю. - Хорошо. - Барышня, помогите старому человеку. У меня трость убежала. Благодарствую. Присаживайтесь. Присаживайся. Кого-то караулишь? - Просто сижу, отдыхаю. - А ты, барышня, деревенская! - А как вы узнали? - Ну так... Как ты вон там смачно огурчик натирала. У! А потом, ручки у тебя натруженные, маникюра не видели сто лет. - Сдался вам всем этот маникюр! - Да ты не обижайся, я ж не со зла. Я сам в деревне прожил всю жизнь. А тут просто под старость лет сын перевез меня к себе в город. Тоскую я здесь. - А у меня ферма большая была: коровы, гуси, утки. - Ну а здесь-то чего делаешь? Чего тут толкаешься? - Жду. Мне край надо поговорить с Инессой Яковлевной Войтес. - О. - Но я ж ее никогда не видела, знаю, что худая, в очках и с тростью. Может пропустила? - Да нет. Она редко из дома выходит. Нужно идти к ней и стучать в дверь. - Да стучала уже. Думала, на улице легче познакомиться, здесь-то деваться некуда от меня. - Ну да. Но я тебе не завидую. Дама она с гонором. Да. И очень сварливая. - Нас этим не испугаешь. Ладно, будем считать, что сегодня была разведка. А завтра утром приду брать эту крепость. Здрасте. - Мамуля, привет. - Привет. - А у меня замечательные новости. Я наконец-то дозвонилась до доктора. - До какого? Можно чайку? - До фониатра. - А!.. - Он замечательный. Очень долго со мной разговаривал и расспрашивал, почему и как я потеряла голос. - Главное, чтоб он был хорошим специалистом. Спасибо. - Его Таисия Петровна посоветовала. Значит, он самый лучший. - А мне похвастаться нечем. Инесса как неприступная крепость. Она, Екатерина Борисовна, на улицу вообще не выходит и дверь никому не открывает. - Мамуля, ты у меня любую крепость возьмешь! - Ой-ой-ой. - Я же знаю! - Ласточка моя, для тебя я все сделаю. - Инесса Яковлевна, я по рекомендации вашей ученицы, Таисии Коноваловой. Откройте! Здрасте! Это вам. - Зачем пожаловали? - Я вам сейчас все объясню. - Только покороче. - У моей дочери Саши уникальный голос... - До свидания. - Вы не дослушали. Голос действительно есть, уникальное меццо-сопрано, но он пропал в результате несчастного случая, и только вы можете его вернуть. - Я с благотворительность закончила. И сказок про уникальность я тоже наслушалась. Я закрыла эту страницу своей жизни. И прошу вас больше меня не беспокоить. - Выгнала, даже не выслушала. Ну что теперь делать, а? Вот чуяло сердце - надо было с ней на улице поговорить. Здесь бы так легко она от меня не отделалась. Вот как до нее достучаться, а? - Да ничем ты ее не прошибешь. Хотя... - Чего? - Она каждую неделю ходит к сыну на кладбище. Сегодня именно тот день. - И?.. - Ей очень нужны деньги на памятник. - Что ж она за профессорша такая, если у нее денег на памятник нет? - Понимаешь, сын ее был альпинист, погиб в горах. Так вот она решила огромный камень из этих гор перевезти и установить на могилу. Тогда памятник будет не дорогой, а очень дорогой. Понимаешь? - Можно в долг взять. Полно учеников, друзей. - Да гордая она очень. Она все решила сама сделать. Она даже на поминках объявила, что будет ставить памятник и помощь ни у кого не примет, "даже не предлагайте". - Ну деньги-то у меня есть... Вон она выходит, смотри. Давай ворон не лови. Давай за ней. Подожди, сумку возьми. - Инесса Яковлевна, подождите, нам с вами по пути. - На кладбище? - В светлое будущее. Когда к Саше вернется голос, она вас прославит. - Я вам уже сказала - разговор на эту тему закончен. - Вы упрямая, как моя любимая корова Зорька. Она меня для начала вываляла в навозе, а теперь мы с ней лучшие друзья. - Коровой меня еще никто не называл. - Вы с ней похожи. И вы после ее копыта меня своей тростью не напугаете. - Вас не пугает моя трость, а меня не трогают ваши просьбы. Дайте пройти. - А зря. Я спасаю своего ребенка - Саша чахнет без мечты. - Вы что, глухая, а? Могу повторить громче - с вокалом покончено! - Ну и шут с вами, мы сами справимся. У меня к вам деловое предложение. Нам с Сашей нужна съемная комната на несколько месяцев, а вы одна живете в огромной квартире. Соглашайтесь, вам же деньги нужны, я знаю! Я торговаться не буду, я все свое стадо продала, деньги у меня есть. - Согласна. Но только с одним условием: в доме никакого пения, никаких разговоров об искусстве. Иначе вылетите в одну секунду. - Заметано. - Свободны три комнаты. В одной инструмент - фортепиано. Вторая поменьше. Третья комната сына, я туда не вхожу и вас не пущу. - Нам с инструментом. - К фортепиано не прикасаться! Если я услышу хоть один звук... - Знаем-знаем, один звук - и вон из квартиры! - Располагайтесь. - Слушай, может эту... поменьше, без пианино? - Я на него смотреть буду и представлять, что играю. - О, как с вами, творческими натурами, сложно. Ладно, давай вещи разбирать. (Слышны стуки, звон посуды.) - Вы очень шумите. Я не могу сосредоточиться на работе. Соблаговолите прекратить. - Извините, но я ищу сковородку или нормальную кастрюлю - и ничего найти не могу. - Зачем? - Как - зачем? Ужин приготовить, а как его приготовить без посуды? - Я не готовлю. Ем только то, что не надо варить и жарить. - Консервы, что ли? Нет. Мы привыкли и варить, и тушить, и жарить. Мы, извините, на консервах не выживем. - Там вся посуда, на антресолях. Я ее за ненадобностью туда сослала. - Могу вас обрадовать: со связками все в порядке. - Да это-то мы и сами знаем. Вы скажите, как-голос-то вернуть? Эту... ноту ми. - Организму необходимо время для восстановления, нельзя его насиловать. Гуляйте, смотрите хорошее кино, читайте хорошие книги, встречайтесь с друзьями и не думайте ни о чем плохом. - И сколько гулять? - Пройдет время, и вы не заметите, как запоете лучше прежнего. - А еще вопрос: яйца перепелиные помогают восстановить голос? Я где-то читала. - Вреда не будет, пейте на здоровье. Только где вы их найдете, свежих? Ой, я-то эту проблему для Сашеньки легко решу. - Вот направление на физиотерапию. Жду вас через неделю. - Бог в помощь. И я тоже помогу. Давай мне мешок. - Ладно-ладно, Афанасий Петрович, сама справлюсь. И не такие тяжести носила, привычная. - А что в дом тащим? - Перепелок. - Вот Инессе будет радость, когда она птичек увидит в своей квартире. А ты не боишься, что вместе с птичками вылетишь? - Да договоримся как-нибудь. Главное, сразу ей не говорить, да? А потом яйца пойдут, здоровье наладится, она и примирится. - Ну, Ольга, ты рисковая. - А что такого? В договоре что можно делать в ее квартире, а что нельзя. На перепелок запрета не было. - Ну да. Просто у Инессы фантазии не хватило. Но тебе опять повезло - она только что куда-то улетела на такси. - Тогда мы рысью. - Давай. - Ага. Давай-ка. - Спасибо. - Давай-давай. - Цыпа-цыпа-цыпа-цыпа-цыпа... На, держи. Так. Вот. - Все хорошо. - Иди, посмотри, от двери видно, нет? Ну? - Да вроде не видно. - Ой, ну вот и ладненько. Яйца будут уже к вечеру. Перепелки неприхотливые, через 2 часа освоятся и начнут нестись. - Мамочка, а можно, пока Инессы нет, я на инструменте поиграю, послушаю, как звучит? - Нельзя! Незачем Инессу злить. - Так ее же дома нет. - А если она неожиданно вернется и услышит? И потом, пианино дорогое, сломаешь - не расплатимся. - Мамулечка, так петь хочется! - Знаешь что, ты лучше перепелочкам принеси воды. Возьми там какой-нибудь кувшинчик. - Чем у вас так пахнет? А это что за гадость? - А, это... это корм. - Вы что, этим питаетесь? - Нет. Это перепелкам. - Саша! - Каким-таким перепелкам? Отойдите. Ах! Это... это... это... - Инесса Яковлевна, ну что вы так расстраиваетесь? Это обычные перепелки. - В этом доме звучали Рахманинов, Моцарт, Чайковский, Шопен! А вы здесь устроили птичник! Не потерплю! - Мы не поем, не играем, не шумим, не дышим, мы просто перепелочек завели для здоровья. Ну разве это преступление? И потом, ни один пункт договора не нарушили. - Да вы!.. вы!.. Ох... - Ну ладно-ладно, ну ничего, ничего. - Здрасте. - Добрый день. - Сметанку дайте попробовать. - Конечно. Пожалуйста. - Угу. Спасибо. Ну как не стыдно такое продавать, а?! - Не нравится - не покупай, дорогая, никто не навязывает. Другим нравится. - Красавица! А ты мою попробуй. - У тебя сметана не переведется, даже если все буренки в округе сдохнут. - Ты смотри, мудрая какая! Это почему же это? - Да потому что не переведется сухое молоко, дешевый жир, крахмал и миксер. - Что шумишь-то? Я здесь, между прочим, не первый год стою, и все берут и нахваливают. Ты вон молоко попробуй. - Теплой водичкой разбавлял? Масло дай попробовать. - Не дам! Ты мне всех покупателей разгонишь. Ну жить-то на что-то надо. - Разбираетесь в товаре? - А что тут разбираться-то? Как можно такое продавать? - Полностью с вами согласен. У меня для вас предложение. Приглашаю вас к моему прилавку. Вы попробуете мое молоко, а я выслушаю ваше мнение. - А чего ж не попробовать-то? Попробую. Но говорить буду честно. - Не сомневаюсь. Располагайтесь. Сейчас я все подготовлю для дегустации. Лариса, давай дегустацию. Проходите. Так. Так. Молочко. Проходите. - Как у вас все серьезно. Молоко от разных коров не смешиваете? - Нет, конечно, что вы. - Правильно, я тоже. Не бывает двух коров с одинаковым молоком. У каждой оно свое и по жирности, и по вкусу. О! О! Хорошее. А вот это самое лучшее. - В точку. - У него вкус мороженого. - Да. Эта корова дает молока очень мало, и именно за ним все гоняются. Корова моей селекции. - Да? Пожалуй, я тоже буду брать у вас молоко. - Согласен. Но только при условии, если скажете, откуда такие познания. - Да я всю жизнь на ферме. Я вам сейчас покажу. Своих дорогих и любимых. Вот. Задержалась я у вас. Давайте мне литр молочка вот того. Пломбира вашего. - Так, литр... - Сколько? - А давайте так. Держите, это лишнее. Вот. - Да? - Да. - Все. - Матвей. - Ольга. Спасибо. - Утреннее, не пожалеете. - Ага. Всего доброго. - Всего доброго. - Так... О! Посмотри, окна как засияли. - Красиво. - Да. Теперь надо пропылесосить. У меня в хлеву и то чище было. Смотри, я на антресолях нашла древний пылесос. - А Инесса не будет ругаться? - Мы же чистоту наводим. Проверим? - Угу. (Слышен шум пылесоса.) - Боже... Да что ж это такое! В собственном доме никакого покоя. Такого шума я не вынесу. У меня перепонки барабанные нежные и чувствительные. - Инесса Яковлевна, вы посмотрите, я окна вымыла, осталось только пыль собрать. Ну здесь же дышать нечем. - Кроме музыки в этом доме... - В чистоте музыка звучит звонче. - Делайте что хотите! А я пойду прогуляюсь, подышу свежим воздухом. (Поет.) - Ч-ш-ш... Ты чего? Инесса услышит. - Так она же все равно гулять ушла. Ты пылесос включи - он так шумит, что ничего не слышно. - Подожди. Давай. (Поет.) - А я вас поджидаю. Здравствуйте. - Здрасте. - Все боялся вас пропустить. - Так уж и боялись? - Да. Даже вот продавцов просил, чтобы ко мне направляли. - А я сама к вам пришла за вашим молочком. - Замечательно. Я хочу вам похвастаться. Вчера приобрел корову ценной породы. Любуйтесь. - Какая красавица! - Да. Только вы можете оценить ее по достоинству. - Такая корова любое стадо украсит. - Спасибо. Я еще для вас молоко от моей Розы приберег. Нет, денег не надо. - За молоко спасибо, но без денег я его не возьму. - Вот я дурак. Надо было ее на ужин пригласить. - Инесса Яковлевна, что случилось-то? - Где? Здесь были занавески. Где они? - Так в машинке крутятся. Я их в стирку забросила. Уж очень пыльные были. - О боже... Это не просто занавески. Это кружево ручной работы! Им цены нет! На них дышать нельзя! А вы их - в стиральную машинку?! - Да что с ними станется? Я ж не вчера родилась. Я их на деликатном режиме стираю. - Это становится невыносимым. Постоянный запах жареного сала, бесконечный гул пылесоса, перья перепелиные по всему дому... Вы ходячая катастрофа! Вы хоть это понимаете? - Но я же хочу, как лучше. Чтоб дома чисто было, с пылью борюсь. - Вы не с пылью, вы со мной боретесь! - Добрый денечек. - Добрый. - Здрасте. Вот курица. Может, еще и утку положить? В городе такое не купишь. - Если место останется, положу. - А ты поплотнее утрамбовывай, а то когда я еще на курсы в столицу поеду. Да, вот, мед мой возьми. Я в три пакета завязала, не протечет. - А вам не тяжело будет? - Так я Лидию Семеновну и на вокзал провожу, и в вагон посажу, а там Ольга встретит. - Вы уж ей расскажите, что у нас и как. - Только про библиотекаршу не надо. - Про то, что живет в ее доме? - Угу. И что Олег ходит по всей деревне и жалуется, что Ольга ему денег на жизнь не оставила. - Да ладно, я ж сама понимаю, про плохое не буду. - Оля! Ну наконец-то вы пришли! Почему вас не было целых два дня? - А вы прям считали? - Еще как считал. Ну, сами подумайте, я же не знаю вашего номера телефона, я не знаю, где вы живете, я не знаю вашу фамилию. Единственная ниточка - это рынок. И если вы вдруг не придете, я не смогу вас найти. - Правда. Я тоже о вас ничего, кроме имени, не знаю. - Вот это нужно срочно исправлять. Согласны? Приглашаю посидеть в тихом уютном месте и поговорить по душам. - Прекрасное предложение. - Прошу вас. - Спасибо. Ольга, я предлагаю выпить этого вина и перейти на "ты". Ну, рассказывай. - Да мне особо и рассказывать нечего. Всю жизнь в деревне прожила. - Так, а почему переехала? - Да так обстоятельства сложились. Дочку спасать надо. Она у меня поет, и вдруг голос пропал. Только здешние учителя и преподаватели могут ей помочь. - Но от деревни нелегко отвыкать. - Ой, и к городу нелегко привыкнуть. Неуютно мне здесь. Я вот коровок своих продала - как кусок от сердца оторвала. А жить-то здесь на что-то надо. С мужем из-за этого развелась. - Что, не хотел продавать коров? - Он-то как раз спал и видел, чтобы все продать. - Ну а чего тогда? - Хотел деньги по-своему потратить, а я решила, что они дочери важнее. Обиделся на меня, не простил и ушел к другой. - Да... От такой женщины уйти - себя не уважать. - Да ты меня просто не знаешь. Я же упрямая и меры в работе не знаю. - Да нет, Оля, я думаю, что мы с тобой похожи. Моя жена тоже коров не очень любила. - Повезло нам с нашими половинками. - Да нет, я уважил жену: хозяйство продал, переехали в город. Но здесь тоже не очень-то все хорошо пошло. Жена заболела и 5 лет назад умерла. - Сочувствую. - Я помаялся-помаялся, продал квартиру и вернулся в деревню. Создавал свое стадо с нуля. Теперь у меня полсотни коров, одна в одну. - Когда у меня у дочки все наладится, я тоже уеду и начну все заново. Буду у тебя спрашивать советы, какую породу взять и где. - Нет-нет, Оля, мне кажется, ты в советах не нуждаешься. А вот по-дружески я всегда готов тебя поддержать. - Ну хорошо. Так сидела бы и сидела, но пора и честь знать. Дочка меня ждет дома. - Да. Слушай, Оля, а ты... Давай приезжай ко мне в деревню. Отвлечешься от городской суеты. Позвони мне, я тебя встречу. И давай запиши мне свой номер. - Здрасте, Афанасий Петрович. - Ой, Оля! Олечка! - Чего? - Садись. Садись. - Что случилось? - Случилось, Оля, ой случилось! Ко мне сегодня подошла Инесса и попросила взаймы денег. Я ей дал. При этом она совершенно не показывала своего гонора. - Странно. Могла б ко мне обратиться, я бы с удовольствием ей одолжила. - Я не знаю, что у вас происходит, но она очень изменилась. Чаще выходит, общается. И перестала на людей волком смотреть. - Зато нас гоняет как сидоровых коз. Я сегодня хотела уборку сделать. Она мне такую выволочку устроила! Ладно, пойду. - Оля! - А? - Будь начеку. Она что-то задумала. - Хорошо. О! Инесса Яковлевна, отобедаете с нами? Мне картошечку из деревни передали и курочку. Чуете, как пахнет? - Сядьте, Ольга, мне надо с вами поговорить. - Так процесс же у меня. Сейчас пену надо будет снимать. - Я настаиваю. Я намерена серьезно с вами поговорить. - Что такая срочность, Инесса Яковлевна? - Я все обдумала. Я пришла к выводу, что жить нам с вами под одной крышей невозможно. - Что вы такое говорите? Может, вы хотите плату за квартиру поднять? Так прямо и скажите. - Нет. Причина в другом. У нас с вами слишком большая разница в привычках, в образе жизни, во всем. Этот месяц вы, разумеется, можете доживать, а за второй месяц я вам деньги возвращаю. - Да что ж вы так, как топором, прямо под корень. - Время есть. Вы с вашей неуемной энергией легко найдете себе новое жилье. А я хочу дожить остаток жизни в спокойствии и душевной гармонии. - Вы меня простите за все. И за занавески простите. Но они же не испортились - как новые. Вы мне скажите что, и я все исправлю. - Культурные различия извинениями не сотрешь. Вы должны съехать в конце месяца. Это решение окончательное. - Инесса Яковлевна! Вы Сашеньке только ничего не говорите. Она только в себя пришла. И потом, она еще надеется... - На что? Я вам ничего не обещала, и никаких обязательств у меня перед вами нет! - Мамуля, что-то случилось? - Ай, да ничего. Ой, соринка в глаз попала. Пройдет. Ну а ты чего? - Петь хочется. Ну когда уже Инесса Яковлевна гулять уйдет? - Давай садись, играй и пой. И ничего не бойся. - А если Инесса Яковлевна услышит? - Давай-давай. Сегодня можно. Вот играй, что душа попросит, без страха и оглядки. Давай. Играй. (Поет на итальянском языке.) - Простите, Инесса Яковлевна, я больше не буду. - Подойди. - Инесса Яковлевна, вы нас извините, мы... - Помолчите! Почему не сказали, что у нее такой голосина? Почему молчали?! Держите! - Я ж говорила. Вы запретили. - Мало ли, что я запретила! Ноту возьми. - Какую? - Любую. Спину ровней! Завтра проверим твои способности получше. Я приглашу аккомпаниатора. (Звонит будильник.) - Что?! Что?! - Александра, просыпайтесь, пора на занятия. - Инесса Яковлевна, я одну секундочку. - Ольга Михайловна, вам следует контролировать дочь. Негоже нежиться в постели, когда ее ждут педагоги. - Так еще шесть утра. Коров же доить не надо. - Если я не ошиблась в способностях Александры, подъем в шесть утра будет для нее законом. - Ага. - О-о! Вот это все выбросить... Боже мой, Александре нужен легкий завтрак, а не эта ваша тяжелая пища, после которой только спать хочется и голос становится вялым. - А что ей приготовить? - Два яйца, некрепкий зеленый чай и круассаны. - А где я найду эти курассаны-то? - Круассаны. Я уже заказала. Их сейчас привезут. И, пожалуйста, запомните: с этого момента все здесь подчинено Его Величеству голосу. Здоровый голос может жить только в здоровом теле. Поэтому сначала зарядка, контрастный душ, завтрак и только потом занятия. - Ой, мамочка, где на все это силы взять? А мне-то картошечку можно? - Вам можно все, только чтоб Александра не видела вот этого безобразия. Завтракать мы будем в гостиной. Поэтому если вы согласны на круассаны, сервируйте стол на четыре персоны, если нет - на три. Да... Пожалуй, сегодня я помогу вам с сервировкой. Разложите приборы. - Если б я знала, как раскладывать... - Ну хорошо, тогда поставьте посуду перед каждым. С этим разберетесь? - Вот это, что ли? - Да, там. - О-о! Ой! Да такую страшно и в руки-то брать. - Ничего, не тушуйтесь. - А может, я пойду что-нибудь попроще куплю? А то ненароком разобьем. - Привыкайте, Ольга. Теперь это будет вашей обязанностью, так что придется все запоминать. - Чего запоминать? - Какая вилка, какой нож к какому блюду, какой бокал к какому напитку и когда ставится вода с долькой лимона. - О-о! Эти заморочки я никогда не освою. - Освоите. Вы же мать. Вы будете с Александрой все время, так что должны соответствовать ее таланту и той среде, в которой она будет вращаться. - Вот уж не думала, что и меня будут муштровать! - Ничего, ничего, вам это пойдет только на пользу. (Слышен крик.) - Саша кричит. Что-то случилось! - Да подождите. Не волнуйтесь. Я велела ей обливаться холодной водой. - Да у нее ж недавно ангина была! - Ольга Михайловна! - Чего кричала? - От удовольствия. Это так круто! Все как вы учили: сначала холодной водой, потом горячей. У меня аж кожа вся горит. - Ольга, а вы что стоите? - Я... - Сейчас пожалует Семен Львович. Где наш завтрак? Где наши яйца пашот? - Слушайте, вы говорили: яйца всмятку. - Ну хорошо, сделайте всмятку. Но, пожалуйста, только побыстрее, Ольга. И непременно из ваших деревенских яиц. - Мама, а это все для того, чтобы скушать два яичка всмятку и выпить чай с булочкой? - Я сама в шоке. - Я к этому даже притронуться боюсь, а мне так есть хочется после пробежки и контрастного душа, аж под ложечкой сосет. - Знакомьтесь, пожалуйста: Семен Львович. - Здрасте. - Прошу за стол. - Ну мама... - Мама, ну сядь. - Мне сразу чая. Не смущайтесь, Александра. Скоро вы всему научитесь и будете вести себя как особа королевской крови. А пока можно и по-простому, чтобы поскорей закончить с завтраком и приступить к нашим занятиям. - А мы будем петь? - Нет, не все так сразу. Семен Львович должен сначала проверить звучание инструмента, на нем долго не играли. А вы пока займетесь иностранными языками. Оперные партии надо петь на языке оригинала. Поэтому сначала итальянский, французский и немного немецкого. - Ну что, приступим. - Вам придется перебраться в другую комнату. Эта комната для занятий вокалом. Здесь звучали Моцарт, Шопен... - Знаю-знаю, Петр Ильич Чайковский. - И постарайтесь не шуметь. Не мешать Семену Львовичу. - А перепелок можно я оставлю, а? Они от высокого искусства только лучше нестись будут. Знаете, сколько у меня Зорька молока давала, когда слышала, как Саша пела! - Никаких пернатых! Время занятий вы можете использовать по своему усмотрению. Погуляйте, наконец, подышите свежим воздухом. - Я хотела послушать. - Нет, нет и еще раз нет! - Понятно. Вон из искусства! Здрасте. Матвей не появлялся? - Уехал он, а куда и надолго ли, я не в курсе. - Спасибо. - Уважаемый, на работу возьмете? Очень деньги нужны. - Я за тобой давно наблюдаю. Баба ты знающая, в молочке разбираешься. - Так я с коровами с детства. - Есть одна проблема. Работать ты у меня не захочешь. - Почему? - Тебя не обманешь. Молоко у меня плохое. Своих коров нет. Покупаю в одном месте, продаю в другом. - Понятно. А у меня предложение. И вы как хозяин останетесь довольны, покупателю хорошо, и я при заработке. - Нет, так не бывает. - Бывает-бывает. Надо приобрести большой сепаратор и гнать из него нормальные сметану и масло из хорошего молока. - Так где же его брать, хорошее? - У Матвея, я договорюсь. Прямо на глазах покупателя гнать сливки и заквашивать из них сметану. - Эй, так же товар подорожает... - Зато покупатель будет знать, за что он платит. А? - А давай попробуем. Только срок будет испытательный, согласна? - Алисочка, я дома. - А я слышу. - А чего не встречаешь любимого мужчину? - А я не могу отвлекаться. Если я передержу краску, то буду выглядеть просто ужасно. - Устал как собака. Слушай, сообрази что-нибудь пожрать. - Олежек, ты же знаешь, что кухня - это не мое. Повар у нас ты. - Слушай, я целую смену в столовке отпахал. Ну что же мне, еще дома готовить? - А что, своей жене ты разве не готовил? - Я думал, у нас это будет как-то по-другому. (Сигнал таймера.) - Время. Время, время, время... - Света, а ты с Ольгой связь держишь? - И вам здрасте. - Как они там устроились? - А вам-то что? Вы же вроде разводитесь? Теперь у каждого своя жизнь. - Ты это... давай не язви. Расскажи, как они живут. Я же волнуюсь. - А вы не волнуйтесь. У них все хорошо. Саша занимается у знаменитости, та ее очень хвалит, и скоро Саша станет настоящей оперной звездой. - Света, ну... Ну чего ты, а? У тебя же адрес их есть? Ну я правда волнуюсь, ну дочь моя родная. Скучаю я. - Олежек, ты что, уже соскучился? - Поговорить надо. - Мне тоже надо с тобой поговорить. Ты, вообще, как ходишь? У тебя футболка мятая, брюки нестиранные. Ужас. - Потому что все рубашки грязные. - Так а что, сложно, что ли, футболку в стиралку закинуть? - Моей одеждой занималась Ольга. - Вот она тебя и избаловала. Лишила самостоятельности. - Ладно, я не об этом хотел поговорить. Мне на несколько дней в Москву надо. - Если надо тебе - езжай. Я дома и одна поживу. Буду тебя ждать. - А если Ольга вернется? Скандал устроит. - Ты меня сейчас выгоняешь, что ли? - Да ты чего? Боюсь просто за тебя. Она и ударить может. А меня не будет тебя защитить. - Ну так не уезжай. - Ну надо мне! По работе. - Ребята! У меня хорошая новость. К Саше Семеновой вернулся ее уникальный голос. Сейчас она занимается у лучшего педагога по вокалу, и скоро мы увидим ее на сцене. И я уверена, наше училище будет ею гордиться. (Слышен вокализ.) - Чего Инесса так мучает бедную Сашу? Уже спать пора. Замордует девчонку! Зачем так издеваться? Чего ж вы там делали-то так поздно, Саша? - Работали. - Ну скажи хоть, хвалят тебя или ругают? - По-разному. Мамулечка, я так устала. - Может, сбежим, а? Ну зачем тебе такая жизнь? Дома вольготно, детский садик рядом. Природа, воздух. - Соно феличе. - Чего? - Это по-итальянски "я счастлива". - Счастлива она... Осунулась, круги под глазами - это счастье называется? - Мамулечка, не мешай, пожалуйста. - Ну зачем так нагружать, Саша?! - Ну, может быть, ты сама поедешь? Я просто очень переживаю, что ты обидишь Инессу Яковлевну. - Обидишь ее. Она сама кого хочешь... - Мамулечка, но мне не нужна такая забота. Ты просто следишь за каждым моим движением и вот-вот сорвешься. - Дожила... Родной дочери мешаю. - Чего зеваешь?! Понаедут тут, перегородят тротуары, стоят, мечтают! - Оля! Я звонил тебе все эти дни. - Не было звонков. Я проверяла все время. - Да? А вот номер ты в каком состоянии писала? - Ой. - Что? - Ой, я ошиблась. У меня же новый телефон, московский, а старую симку я выкинула. А телефон вот записала... - А я ничего понять не могу. Набираю разные варианты и все время попадаю на других людей. Некоторым надоел настолько, что они сами хотели тебя искать. - Оля, ты иди. Иди. Я сам справлюсь с сепаратором. - Спасибо, Амир. - Спасибо тебе, Амир. Душевный ты человек, Амир. Оля, я... я так хотел к тебе приехать, но не мог. У меня корова тяжело телилась - не на кого было оставить. - Послеродовое залеживание? - Да. - У меня у Зорьки так было. Целую неделю от нее не отходила - мяла, массировала, поворачивала. Поднялась моя Зоренька. - Вот, Оленька, мы с тобой родственные души. А я - дурак. Я-то думал, что ты на меня обиделась за что-то. - А я думала, что я испугала тебя своими откровениями. Так хорошо поговорили - и вдруг ты исчез. - А сама-то почему не позвонила? Я же тебе свой номер оставил. - Да дура потому что. Мне мама всегда твердила, что мужчина должен первым звонить, а женщина терпеливо ждать, быть гордой и не вешаться на шею. - Да, я думал, что таких женщин уже не существует. - Зато телефон до дыр чуть не стерла, из рук не выпускала. - А я свой чуть не разбил вдребезги. Так что, Оля, я прошу у тебя полного отчета за все эти дни - как жила, чем занималась. - Ох, Матвей... Не знаю, что и рассказать. Кажется, у Саши все в порядке - и голос вернулся, и занимается, а на душе неспокойно. - Что такое? - Мешаю я всем. То не вовремя в комнату вхожу, невпопад вопросы задаю, мешаю занятиям. Я вот прям чувствую, как меня выдавливают из жизни дочери. Я грубая, необразованная, неотесанная... - Умная, честная, порядочная, любящая, заботливая. Так что я прошу тебя: ты можешь мне звонить в любое время дня и ночи. И ничего не бойся. Договорились? - Договорились. - Ты помнишь мое предложение? Приезжай ко мне в деревню, отдохнуть. - Слушай, я так соскучилась по запаху парного молока... - А давай закажем молока? - А давай! - Молодой человек! - Да не могу я это освоить. Тем более я за этим столом последний раз. Мне можно и так. - Как вас понимать, Ольга Михайловна? - А я уезжаю в деревню к друзьям на какое-то время. - Вы можете есть как вам удобно. Я обещаю сообщить вам, когда у Александры будет выступление на сцене. - Мамуль, ты в деревню едешь? - Меня там никто не ждет. - А куда? - К другу, у него большая ферма. - Мам, к какому другу? Я его знаю? - Не-а. - А где вы познакомились? - На рынке. Я у него молочко покупаю. Соскучилась я по деревне. Да и тебе мешать не буду. - Мамуль, ты мне не мешаешь. - Но я же вижу, ты меня стесняешься. Ты уже к другому берегу прибилась, тебе дорога на сцену, а я буду смотреть на тебя в телевизоре и радоваться. - Мамулечка, я вижу, тебе так трудно в городе. Но я буду скучать. - Ну когда тебе скучать-то? У тебя все расписано по минутам. - Инесса требовательная, это да. - Да... Ты не забывай перепелок кормить и яйца пить. - Ну, мамуль, перепелки - это вчерашний день. Да и пахнет от них. Надо их отдать этому... твоему Амиру. - Ну как знаешь. (Стук в дверь.) - К вам гость. - Здрасте. Господи, девочки мои дорогие, как же я рад вас видеть! А ты рада меня видеть, доча? - Конечно. - А я так соскучился, что сразу и примчался. Ну, ты ж не выгонишь отца родного? - Ну пап, что ты такое говоришь? - Не переигрывай. Инесса Яковлевна, вы уже поняли - отец Саши. Инесса Яковлевна - преподаватель Саши по вокалу. - Инесса Яковлевна! Несравненная Инесса Яковлевна! Я счастлив, что судьба предоставила мне эту уникальную возможность познакомиться с вами. Саша мечтала заниматься только с вами. Только с вами. И я счастлив, что ее мечта сбылась. Разрешите преподнести этот скромный презент собственного приготовления. Пирожные. Я все продумал. Они не только вкусные, но и низкокалорийные. - Ну, разве что низкокалорийные... - Олег, ты зачем приехал? - Оля, соскучился я, соскучился, как нормальный человек. - Мы с Олегом в разводе. Почти. Поэтому он будет жить в гостинице. - Оля, ну что ты вот при людях начинаешь? Я вообще к дочке приехал, узнать, как у Сашки дела, как она себя чувствует на новом месте, как успехи... Саша, что ты молчишь? Мне уйти? - Папка, ну что ты такое говоришь? Я так рада, что ты приехал! - Спасибо, доча. Если надо что-то отремонтировать в доме, то я могу. Я же вижу - одни женщины. А я мастер на все руки. Ну и приготовить, конечно же, для нашей вокалистки что-нибудь вкусное. Ну и полезное, конечно же. - Мам, а у нас же окно в комнате плотно не закрывается. - Починим. Могу прямо сейчас. - Ну вот что, прямо сейчас ничего чинить не надо. И в гостиницу идти тоже не надо. Олег... - Иванович. - Олег Иванович, пойдемте со мной. Я покажу вам комнату. Вы там сможете отдохнуть. - Вы великодушны, Инесса Яковлевна. Этого просто быть не может! Спасибо вам огромное, я.. я счастлив! - Саша, ты его звала? - Нет. - А чего он на нашу голову свалился? - Мам, ну он же сказал - соскучился. - Очень я в этом сомневаюсь. Матвей, я не смогу сейчас приехать. Я не смогу Сашу одну оставить. Да ничего, справлюсь сама. Как смогу, сразу приеду. - Вот это квартирка! Ничего себе! Слушай, если так учителя живут, то как же певцы живут? Правильный путь избрала наша Сашка. - Олег, ты документы на развод привез? - Оля, какой развод? Послушай, я передумал с тобой разводиться. У нас там с Алисой все. Не подходит она мне. Оля, давай мириться, а? - И не подумаю. Дура была, что сразу не развелась. - Оля, ну подожди, что ты сразу так, а? Ну ты же вроде умная. Инесса сказала, что Сашке карьера светит, а рядом с ней должны родители находиться, чтоб помогать. - Запретить тебе общаться с Сашей я не могу, а меня не тронь. Хватит. - А ты собралась, что ли, куда, да? Ко мне? - Да что мне там делать-то? На тебя и на Алису смотреть? Радость большая. - Ах вон как ты заговорила. Гонор какой появился. Хахаля завела? - А это не твое дело. - Значит, война? - Значит, развод. Нечего мне у тебя отвоевывать. - А это мы еще посмотрим, кто в этом доме с Сашкой останется. Вот. Тоже мне... (Звучит медитативная музыка.) - Аутентичный ритуал невозможен без музыки. В выбранной мной есть пение птиц, журчание лесного ручья и шелест осенних листьев. - Изумительное сопровождение. - А что здесь происходит? - Олег Иванович решил порадовать нас китайской чайной церемонией. - Папа решил меня подготовить к поездке в Китай. - Да? - Оля, я же вроде приглашал тебя. Ты что, забыла? - А, ты меня приглашал? - Ну тогда садись, садись. Мы начинаем. Садись. Для начала разливаем воду. Я довел температуру воды до состояния "глаз рыбы", как говорят китайцы. Девяносто пять градусов. (Ольга смеется.) - Да, вот это представление! Олег, где ты и где Китай? - Ольга Михайловна, давайте продолжим нашу церемонию без ваших комментариев. - Да... - Я абсолютно с вами согласен, Инесса Яковлевна. Чай не терпит суеты и негатива. Ощутите этот яркий, праздничный аромат чая, почувствуйте его характер. - Божественный аромат. Теперь я понимаю, в кого Александра, откуда у нее такое чувство прекрасного. - А то прямо терялись в догадках. - Ольга, чайная церемония всегда имеет смысл. - Хватит с меня этого цирка. Я пошла спать. Пейте без меня. - Вот так всегда, Инесса Яковлевна. Давайте вернемся к чаю. Поет: - ...Милей Снегурочке твоей, Без песен жизнь не в радость ей. Без песен жизнь не в радость ей! Не в радость! - Вот здесь сфальшивила. - Угу. - А здесь вообще в ноты не попала. Отчего это, Александра? - Инесса Яковлевна, я готовилась. - Надо тщательнее готовиться к занятиям. - Ну, здесь очень партия сложная. Ее учишь-учишь, а она все не запоминается. - А дикция эта откуда такая? Откуда эти деревенские интонации вдруг полезли? "Ши" и "чи" надо говорить четко. У вас же одна шепелявость. Боже мой, что с вами? Отчего это, Александра? Отчего? - Инесса Яковлевна, я устала. Мне трудно контролировать произношение 24 часа в сутки. - Ерунда! На сцене поблажек не будет. За вашу шепелявость вас просто размажут и сделают это с удовольствием. Запомни: в искусстве друзей нет, есть только острая конкуренция, вот и все, поэтому идите и учите скороговорки. - Голуба моя, что опять случилось? - Меня Инесса по стенке размазала. Я не знаю, что делать, мама! Она в последнее время постоянно ко мне придирается. - Ты ошибаешься, Инесса в тебе души не чает. - Нет! И пою я не так, и шепелявость у меня! Она вообще скоро скажет мне, что я косоглазая и хромая! - Ты преувеличиваешь. Ты просто устала. Она тоже устала. Это пройдет. - А я ей докажу, что она не права. Я из кожи вон вылезу, а стану оперной певицей, мама. - Вот такой ты мне больше нравишься. Наш характер, деревенский, стойкий! Молодец! - Тридцать три корабля лавировали-лавировали, лавировали-лавировали, да так и не вылавировали! - Устала она. А мы не устали? Сутками только о ней и думаешь. - Инессочка, ты строга к девочке. Нужно быть мягче. - Помягче - это к маме родной. А я должна раскрыть ее талант, вытащить на свет божий. - Ты все делаешь правильно, только очень жестко. Ну согласись, девочка - чудо. Побереги ее. - Да, я соглашусь. Действительно, редкостный талант, но вот потому и страшно, понимаешь? Как-то все получается у нас очень удачно. - Знаю эту твою черточку. Тебе всегда страшно, когда все идет хорошо. Из-за этого страха ты и наши взаимоотношения разрушила. - Ну зачем ты, Семен, об этом? Мы оба не ангелы. - Шалфей? Мой сын любил шалфей - горный - и всегда мне его привозил... пока был жив. - Божественный напиток. Инесса Яковлевна, я много читал о питании оперных певцов. И знаете, у меня есть маленькая мечта - открыть ресторанчик именно для певцов. Вот чтоб, знаете, ничего вот этого вредного. Ни орехов, ни каких-то мюсли, ни семечек, ничего, что может повредить связки или слизистую. Только все нужное и полезное. - Вы меня все больше удивляете, Олег. Я обещаю помочь вам с клиентурой, тем более что мое слово в этом мире еще кое-что значит. - Инесса Яковлевна, ну, это у меня... просто нет слов! А можно встречное предложение? Я разработаю меню и, если вы его одобрите, я буду готовить для всех в этом доме. - Ну, я надеюсь, только без жаренной на сале картошки? - Что, Ольга уже пыталась накормить вас, да? Святая простота! - Не то слово. Ольга Михайловна, да убрали бы вы этих птиц уже из моего дома. Надобности в них больше нет. - Здоровая еда всегда нужна. - Олег взял на себя заботу о нашем питании. Я уверена, что у него это получится очень хорошо. - Я не буду оплачивать его услуги повара. - Вы меня удивляете. Как можно так низко думать о собственном муже? Это же доброе начинание. - Я очень хорошо знаю Олега. Он ничего не будет делать просто так. - А мне Олег показался очень тонким человеком. - Меня одно удивляет - как вы, такая опытная, умная, чуткая, так легко клюнули на его вот это вот фальшивое обаяние? - Речь не о нем, речь о вас. Я на физическом уровне ощущаю, как между вами и вашим бывшим мужем искры летят. Я боюсь, как бы эти искры не сожгли мою квартиру. - Я буду держать себя в руках. - Вы? Очень сомневаюсь. На чайной церемонии это было очень наглядно. Вы, кажется, хотели погостить у своих друзей? - Да... Да. Как выясню, что нужно Олегу, сразу уеду. (Поет вокализ.) - Дочь, дочь, надо поговорить. - Папуль, слушай, давай не сейчас. Мне партию надо доучить. - Да потом доучишь. - Ну что такое? - Ты у меня девочка понятливая. Так вот, мы с мамой бросили все свои дела и приехали сюда решать твои проблемы. Ты должна стать звездой. - Я стараюсь, папа. - Вот. А для этого требуются немалые деньги, но наши возможности не безграничны. Понимаешь? - Угу. - Молодец. Вот поэтому я кое-что придумал. В большом городе масса возможностей, поэтому часть денег ты можешь заработать сама. - Как? - Я все продумал. Я буду твоим агентом и найду тебе подработку. - Нет-нет-нет. Инесса будет против. - Но кто ж ей скажет-то? На сцену хочешь? - Угу. - Вот. А к сцене нужно привыкать постепенно. Это ж какая большая практика для тебя будет. К микрофону привыкнешь, к публике. - Страшновато как-то. - Я буду рядом. Ну что, договорились? - Угу. - Молодец! Господи! Значит, так, я все продумал. У меня в Москве есть друг, у него ресторан. Я договорюсь о твоем выступлении. - Спасибо, папа. - Только это наша тайна. Понимаешь? Ни маме, ни Инессе, ни-ко-му. - Поняла. - Все. Ну давай, что ты там делала. Давай-давай. Пой, пой, пой. (Саша поет вокализ.) - Сто семьдесят. - Большое спасибо вам. - Ого, чего пришла? Только вчера отпросилась. И глаза сияли, а сегодня нет. Кто потушил? - Да... бывший муж приехал. - Ай, бывшего мужа прогонять надо и уезжать так далеко, чтоб не догнал. - Это я понимаю, но не хочу дочку с ним оставлять. А дома тошно, поэтому и пришла. Когда в работе - на душе легче. - Тогда становись на свое место. Ну что у тебя, порядок? На завтра сыр заказываем? - Инесса Яковлевна, вы не возражаете, если мы с Сашей сегодня погуляем по городу? Она покажет свои любимые места. - Пожалуйста, только недолго. Сон по расписанию. - Конечно. Только мы еще в музей хотели зайти, на выставку современного искусства. Сегодня Ночь музеев. - Как я рада, что вы приехали. Это замечательно, что у Саши есть такой родственник, который ценит искусство. - Спасибо. Эх, дочура, все в порядке. Значит, по поводу концерта я договорился. Попоешь часок - заработаем кучу денег. - Так надо же зал знать, какая там акустика. - Да ладно, брось ты. Петь надо уметь в любом зале и при любой акустике. - Папа, мне страшно. - Так, дочь, не дрейфь. Поешь ты хорошо, песен знаешь много, а если какие слова забудешь, так там есть телесуфлер, на него компьютер выводит слова любой песни. Поняла? - Мне Инесса запрещает петь эстраду. - А Инессе об этом знать не обязательно. Ты отца слушай! И это, самое главное, не отказывайся. Если попросят спеть "Мурку", пой "Мурку". - А если она догадается? - Да мы ж ничего такого не делаем. Моцарт в три года концертами зарабатывал деньги для семьи. Такую возможность вообще упускать нельзя. Это, понимаешь, у нас в деревне петь негде, а здесь на каждом углу шикарный ресторан. - Инесса Яковлевна, а где Саша? - Гуляет с отцом по городу. - Уже девять часов, а их до сих пор нет. - Они хотели еще музей посетить. Сегодня же Ночь музеев. - Но я звонила Саше несколько раз. Она не берет трубку. - Видимо, они выключили телефон. Ольга Михайловна, дорогая, ну дайте девочке немного отдохнуть от вашей опеки. Да и я, честно говоря, хочу побыть в тишине и покое. - Инесса Яковлевна, ну как вы могли Сашу отпустить с Олегом? - Странный вопрос. Олег ее отец, и я уверена, ничему плохому он ее не научит. А вот вам, дорогая, надо успокоиться. Ну, почитайте что-нибудь интересное. В конце концов, займитесь чем-нибудь. - Леха, ну ты чего? Не жлобись, накинь певице за вредность. - Пойми, я бы с удовольствием, но не могу: она ведь у тебя не звезда какая-то раскрученная, чтобы за нее приплачивать. - Да твои корпоративщики ужрались и требовали петь без остановки. Ты чего?! - Всякое бывает. Люди пришли расслабиться. - Леха, она пела на полчаса дольше, чем мы договорились. - Олег, ну не могу я заплатить больше, чем сказал. У меня ведь есть своя бухгалтерия, ну. (Кашляет.) - Вот, слышишь? Сашка простудилась. Это потому что у тебя по сцене сквозняк гуляет. - Олег, это все, что я могу добавить. - Спасибо, Леха. Спасибо, друг. - Согласна, они несколько задерживаются. Но повода для паники я не вижу. - А как же режим? Ну вы же сами говорили: здоровый образ жизни нужен для голоса! - Ну конечно. Только они давно не виделись. Они просто увлеклись, потеряли счет времени. Но ведь Олег такой интересный человек, такой тонкий, такой внимательный. - Инесса Яковлевна, как же вы ошибаетесь. - Я очень рада, что Саше есть с кем поговорить на высокие темы. Очень. - Где вы были так долго? - По городу гуляли. Саша показывала свои любимые места. Да? - Да. - Да? А какие у Саши могут быть в городе любимые места, когда она его не знает? Саша, ты... Вы где были? - Гуляли. Мама, я так устала! Я прилягу. - Где вас носило, а? На Саше лица нет! - Оля, ну чего ты преувеличиваешь и орешь? Мы просто погуляли по городу. - У тебя такая довольная физиономия, как будто ты сделал какую-то гадость. Я с дочерью пообщался, и поэтому мне очень от этого радостно. А тебя прямо выворачивает от того, что я с дочкой общаюсь. И вообще, Оля, работай над собой. Инессу Яковлевну довела, Сашку терроризируешь, на меня наорала. Ага? - Смотри, узнаю, что ты вредишь Сашке, - я тебя придушу. - Навредить собственной дочери? Да за кого ты меня держишь? (Слышен звон будильника.) - Саша! Сашка! - Я проспала? - Вставать надо не в шесть, а без пятнадцати, чтобы вы успели привести себя в порядок. Ровно в шесть, Александра, вы должны уже делать зарядку. - Угу. - Инесса Яковлевна, подождите, пожалуйста. - И вы, Ольга Михайловна, должны просыпаться пораньше. Вы же доить коров вставали с восходом солнца. Я думаю, привычка у вас должна остаться. - Хочу поговорить не о себе, а о вас. Мне больно смотреть, как вы Сашку замордовали. - Ну, знаете ли, если я и сурова, то только во благо Саши, ради ее будущего. А вот вас я прошу не мешать! - Дожила: всем мешаю. - Ну что ж, сегодня я фальши не услышала. Это хорошо. - Я старалась все выучить. - Похвально. Но меня беспокоит твой голос. Он сегодня звучит несколько глуховато, как будто ты устала петь. Это странно, Александра. Мы же вчера очень мало занимались. - Я отдохну, и все наладится. - Да-да, отдохните. Тогда сегодня только дыхание и упражнения на дикцию. - Хорошо. - Ты согласен, Семен Львович? - Попробуй с тобой не согласиться. - Так что я решил, что приеду сам. Так что я уже в городе. Приглашаю на ужин. - А если я не буду отказываться для приличия и сразу соглашусь, ты не подумаешь, что это нескромно с моей стороны? - Э-э... Подумаю по дороге. Говори адрес, я подъеду. Поет: - ...милей Снегурочке твоей, Без песни жизнь не в радость ей. Без песни жизнь не в радость ей. Не в радость!.. - Чего не одета-то? - Я так пойду. - А поэффектнее есть что-нибудь? - Может, не поедем сегодня никуда? Мне Инесса столько упражнений задала! - Ты давай это, не вздумай спрыгнуть. Надо выполнять договор. Значит, я сейчас заварю шалфей на дорожку и сам посмотрю, что тебе надеть. Давай занимайся. Господи, что с тобой? Ты - и перед зеркалом крутишься. - Не твое дело. - Это точно. Мне сейчас до тебя никакого дела нет. Где тут Сашкины вещи? Нужно найти что-нибудь красивое. Боже мой!.. Господи. Так, это серое, это бледное... Господи, это старье какое-то. Слушай, что ты ей такие ужасные вещи покупаешь? - Она сама одевается. - А, понятно: яблоко от яблоньки... Ой, ну ладно, вот это с натяжкой подойдет. - Что значит "подойдет"? Это для праздника платье. - А у нас и есть праздник. Праздник души. - Олег, куда ты ее сегодня тащишь? - На встречу с искусством. - Матвей, прости, но я не могу сегодня никуда уехать. - Что случилось? Я по глазам вижу, ты расстроена? - Бывший муж что-то затевает. Каждый вечер куда-то уводит Сашу. И сейчас они куда-то собираются. У меня душа не на месте. - Да, душа - дело серьезное. Я вот что предлагаю: надо сначала все выяснить, а потом уже решать проблему. Согласна? - Согласна. А как я это выясню? - Ну как? Очень просто, Оля. Ужин временно переносится. Мою машину твой бывший не знает. Мы поедем за ними и все выясним. Как тебе такой план? - Как-то унизительно шпионить за бывшим мужем. - Нет, Оля, мы не шпионим. Мы выводим на чистую воду мошенника. А это - благородное занятие. Соглашайся. - Оля, стой. Оля, ты куда? - Какая такая встреча с искусством в ресторане? - Оля, ничего страшного пока я тут не вижу. Ну, отец привез дочь поужинать в приличный ресторан. - Но мы же тоже туда зайдем? - Конечно. И если они там мирно ужинают, ты успокаиваешься, и мы тоже едем ужинать, хорошо? Оля, спокойно, спокойно, все хорошо. Не беги, не беги. Спокойно. - Добрый день. - Здравствуйте. - Я проведу вас к свободному столику. - Спасибо. (Слышна танцевальная музыка.) - А что у вас в этом зале? - Очередной корпоратив. Отмечают юбилей какой-то торговой фирмы. - Я хочу заглянуть в этот зал. Одним глазком. Я только дверь приоткрою. - Вы позволите? Спасибо. Поет: - ...Просто наше небо - зима! - У-у! Давай-давай! - Это же Саша... - Красивая у тебя дочь. - Вот Олег скотина! - Вся в маму. - Я им сейчас устрою встречу с искусством. - Так, тише. Что ты хочешь сделать? - Я хочу Сашу забрать домой. - Нет, ты что? Ничего путного из этого не получится. Ты что, тут скандал хочешь устроить, что ли? Давай телефон. - Телефон... - В любом деле нужны доказательства. Я сейчас пойду сниму все это на видео. Саша и Олег меня же не знают. Так, а ты пока попудри носик. - Инесса Яковлевна. - Ну что еще? - Вы знаете, где сейчас Саша? - Гуляет с отцом по улице. - Кажется, у нас с вами разные представления о прогулках. - Это что? - Смотрите, смотрите. Саша поет: - Просто наше небо - зима. В пальцах замерзает желанье... - Откуда это у вас? - Неважно. Главное, мы теперь знаем, зачем приехал Олег. - Может, это старая запись? Где и когда это было снято? - Сегодня, в банкетном зале! Олег заставляет Сашу петь в ресторанах. От этого у нее усталый голос! - Мерзавец... - Я рада, что у нас с вами одинаковое мнение. Я его по стенке размажу... - Нет. Мы с ним поступим по моим правилам. - Черт! Понаставили тут! - Александра, попрощайтесь с отцом и пройдите в свою комнату. - А что случилось? Чем я прогневил божественную и несравненную... - Замолчите. Александра, в комнату! - Мы можем все вопросы обсудить за чашечкой ароматного чая. - Немедленно покиньте мой дом. - Инесса Яковлевна, если меня оговорила бывшая женушка, я готов сейчас все объяснить. - В этом нет необходимости. Я все видела сама. Уходите. Звучит запись: "Просто наше небо - зима..." - Сумку в зубы - и на выход! У меня рука тяжелая, ты знаешь. - Да ладно, ты чего разоралась? Ухожу-ухожу! Господи... - Так, с этим кошмаром покончили. Теперь перейдем к хорошим новостям. Я хотела сообщить это за завтраком, но решила сейчас. На следующей неделе у Александры будет концерт. - Выгнали? - Сволочь! Это ты, гад, Сашку фотографировал в ресторане, да? - Да, выводил конченого подлеца на чистую воду. - Чего? Да я сейчас тебя, гада!.. - Полегче. Слушай, у меня тут к тебе один разговор имеется. Оля жаловалась, что ты разводиться передумал. - Передумал. Никогда она развода не получит! Понял? Во ей, а не развод!.. Тихо! Сволочь, на! Ай!.. - Да кто ж тебя спрашивать станет? Разведут без твоего участия. - Ай!.. Больно! Сволочь, отпусти! Вообще не твое дело, понял? - Не, мужик, ошибаешься, это теперь мое дело. И я Олю в обиду не дам. Ты понял? - Понял. (Поет на итальянском языке.) Слушатели: - Браво! Браво! Браво! - Браво! - Молодец! - Браво! Браво! - Спасибо! - Поздравляю с дебютом вашей ученицы. Она прелестна. Голос звучал изумительно. - Хороша! Вы непревзойденный педагог. Надеюсь, покажете ее в нашем театре? - Инесса Яковлевна, спасибо вам огромное! Это все вы, это ваша заслуга! Вы столько для меня сделали! Это только ваша победа. Спасибо вам большое!.. - Оля, я тебя поздравляю. Саша пела замечательно. Я тебя от всей души поздравляю. Слушай, поехали ко мне? - Вы дали мне шанс. Это все благодаря вам. - Все правильно, не переживай. Саша: - Я даже не знаю, как вышла бы на сцену. Спасибо!.. - Пойдем, пойдем. Пишет: "Солнышко мое, я рада твоему успеху. Очень тебя люблю. Мы все сделали правильно. Ты теперь в надежных руках, я за тебя спокойна. Я уезжаю на ферму к Матвею. Уж очень я соскучилась по ферме и коровкам. Надеюсь, ты меня поймешь. Мама". - Инессочка, ты довольна? - Ой, конечно, дорогой. Но основная работа у нас впереди. - Ты верна себе даже в минуты триумфа. Куда мне определить цветы? - Вручите их Ольге Михайловне. Да-да. - Давайте. Ой!.. - Кстати, я ее не видела после концерта. - А я сейчас посмотрю. Мама! - Мама у Александры настоящая героиня. Если бы не она, ничего бы не было. - Мама... уехала в деревню. Почему именно сегодня? Почему она меня оставила в мой праздник? - Нехорошо получилось. Это не только твой праздник, это еще и ее праздник. А мы об этом все забыли. Но мы поедем к ней и все исправим. У вас есть адрес этой деревни? - Я позвоню маме и узнаю. - Прекрасно. Звоните. А Семен Львович нас отвезет. Ты не против? - Ага, вот. Опа! Так... - Мои хорошие. - Ты даже не представляешь, как я рад, что ты здесь. Вот. - Как я по всему этому соскучилась! И как ты его назвал? - Даже не знаю пока. Давай вместе придумаем ему имя. Пойдем чего покажу. Вот, Оля... Вот у этой коровы есть имя - Зорька. Точно так же, как и у твоей Зорьки. - Зорька, Зорюшка, Зоренька... - Оля. Веришь, нет, но я впервые за эти годы чувствую себя счастливым человеком: наконец-то в моем доме появилась хозяйка. Оля, ты согласна стать хозяйкой? (Сигнал автомобильного клаксона.) - Сашка! - Мамулечка! Спасибо тебе за все! Прости меня. - Ольга Михайловна, вы так быстро исчезли по-английски, не простившись. Вот мы и решили сами к вам нагрянуть. Ну, чтобы поблагодарить за все, что вы для нас сделали. - Да вы сами все сделали. Я только мешала. - Нет-нет-нет, не возражайте. Мне лучше знать, сколько мы с вами пережили. Одни только перепелки чего стоили! - Да что мы здесь стоим? Хозяйка, приглашай гостей в дом. - Прошу в дом. - Мамулечка... - Спасибо. - Прошу вас.
содержание .. 4718 4719 4720 4721 ..
|
||
|
|