|
|
содержание .. 4313 4314 4315 4316 ..
Это Сенька. Проверяет Сенька каждое утро, он ли это. Ночью ведь всякое может случиться. Вот скажем, открывает Сенька утром рот, а во рту сто зубов. Или, скажем, мускулы. Мускулы тоже надо проверить. Говорят, сила не только от каши прибывает, но ещё и от крепкого сна. Но не только крепкие мускулы были у Сеньки. И загорелый живот, и нос в веснушках был у него. Отец, и была у него мать. И был он сам, Сенька. Личность ещё не определившаяся. Хочется иногда Сеньке хотя бы денёк то муравьём побыть, то ласточкой. Жили у Сеньки драчливый индюк Кеша, бесстрашный петух Петя. Справедливый пёс Паша и шкодливый поросёнок Васька, и добрая кошка Тоня с котятами. Были у Сеньки корова с телятами, Коза с козлёнком, и папин мотоцикл "ИЖ Юпитер", сильный как двадцать пять лошадей. Может быть и ветер и облака тоже были Сенькины. Сенька! Сень! - Это ты все шнурки завязал? - Может и я. - А мамка где? - Мамку я ночью в больницу отвёз. - Ты спал как сурок, брат у тебя будет. - Ещё когда будет. Сейчас и будет, его мамке в больнице дадут. Кто же ей даст, если она больная? - Не знаешь, так и не говори. - А тогда как же? Я вот у дед Савелия спрошу, он старый он всё знает. - А потом мне расскажешь. - Ладно. Так, значит, поешь, посуду вымой, молоко разлей по крынкам. Я приеду, суп варить будем. - Из концентрата? - Из концентрата. И кильку откроем с картошкой. - В томате? - В томате. Были у Сеньки соседи. Нарядная девчонка Маруська. - Бабушка, дай скакалку. Красивая тётя Люба, медицинская сестра, почти доктор. - Здрасте. - Здравствуй, Машенька. - Вы куда такая красивая? - На роботу, а ты куда такая нарядная? - По деревне гулять. - Понятно. Вообще-то Маруську звали Маргаритой. Но каждое лето, когда она приезжала к бабушке в деревню, она становилась Маруськой. - Сенька! Идите вон! - Здравствуй. - Здравствуй. - Ты куда такая с бантом? - Погулять вышла. - Ага, и я пойду. Мне к деду Савелию надо. - Пойдём. Ты не знаешь, ребята малые слепыми родятся или глядят? Глядят, только у них мир в глазах перевёрнутый. Это ничего. Котята у кошки те и вовсе слепыми родятся. Я думаю, чтобы не уползли до поры. А то уползут и заплутают. Они ведь глупые ещё. По-человечьему не знают, чтобы спросить. Им там холодно, шишкам. Пусть привыкают, везде кто-нибудь жить должен. В лесу - лесуны, в песке - пескуны. В облаках - облакастики. А на солнце красные люди живут с пепельными волосами. - На солнце любые люди сгорят. - А не сгорят. Если не сгорят то ослепнут, солнце тебе не луна. А на луне серебряная принцесса живёт, красавица. Нет там принцессы, там никого нет, по телевизору говорили. Пойдём. Не пойду, я буду тут, крапиву смотреть, в крапиве крапивные люди живут. Ну и смотри. - А ты чего тут сидишь? - Я с крапивной принцессой разговариваю. - Ну и как она поживает? - Хорошо, деток своих воспитывает. Ну и отлично. - Сенька, ты то чем занимаешься? - Как всегда, глупостями. Ты зачем туда лезешь, а? На деревню нашу посмотреть и послушать о чём провода говорят. - Знаешь о чём провода гудят? - О любви. О любви без проводов разговаривают. - Папка мамку ночью в больницу отвёз. - Я звонила, она хорошо себя чувствует. Всё говорила - будет брат, будет брат. А теперь, кто же ей больной брата даст? Но она же выздоровеет. ЯЧ вот ей лекарства передам. - Спасибо! Я тебе за это знаешь что? - Что? В магазин пойду и скажу, что ты у нас самая красивая. А тебе Нюрка-продавщица конфету даст, ты и про неё так скажешь. - Нет. - Нет? Это когда я был маленький, я так говорил, а теперь я же вижу. Что ты видишь? Пошла я. А полезли на развалку, там гильзу можно найти. Я боюсь. Полезли, там дикие котята живут. Чего тут бояться? Холодно. - Сидит. - Кто сидит? Колдунья. Никакая не колдунья, а бабка Вера. Колдунья, она как посмотрит в глаза, так и умрёшь, или заикой станешь. - Та не ври, она мне смотрела. - Ну и что, ну и сам не ври. Смотрела. Сначала я заплакал, а она мне яблоко дала. Красное. - Вот, вот, вот! - Я и перестал плакать. Теперь ты заколдованный и я с тобой не вожусь! Ну и беги, а мне в окно надо. Я в окно быстрее спрыгну. - Сенька. - Апчхи. Висишь? Это всё от спешу от твоего. Торопишься всё. Сам же повис, всегда лезешь куда не надо, вот и повис. Я сейчас бабушку Веру позову, колдунью, пусть тебя снимет, пусть. Я тебя дожидаться не стану, я одна на речку пойду. - А на речке кувшинки расцвели, вот. - Маруська! Когда гвоздь обломится, я на землю упаду, догоню и надаю. А, ну и что? Ломайся, ломайся же. Вот он, вот он, вот он. Полюбуйся, вот он, видишь. Во даёт! - Висит. - Десантник? Парашютист? На верх лазил? А нельзя! Да чего ты разговорился? Снимай его скорее. Сейчас. Сейчас, сейчас. Я говорю нельзя, развалина старая, стропила сгнившие, зашибёт. Сила. Из них лётчики получились бы, не то что из этого Стёпки со столба. - А, здрасте, молочка хотите? - Здрасте. - Хотим, только без пенки. - Без пенки, без пенки, только со сливками. - Без пенки, на пей. - А мне? - И тебе. - Спасибо. - Тёть Надь. - А? - А где они были, когда их ещё не было? - Кто? Ну Женя, Гена и Егор. Ааааа. В капусте, я их в капусте нашла. Иду с роботы, зашла в огород, гляжу, а они все там трое сидят. И молчат. Они у меня до сих пор молчаливые. У меня тоже брат будет, только вот мамка не ко времени заболела. Там в глубине водяной царь живёт и его дочки, красавицы. Да нет в воде дочек, в воде рыбы какие хочешь, и козявки, и жуки плавают. Телевизор смотришь, а не знаешь. В телевизоре нет принцесс, а в воде есть. И Водяной есть, он весь зелёный как лягушка. Нету в воде Водяного, и вообще никого нету, одна вода. Ты нарочно так говоришь, потому что не знаешь. - У тебя бабушка есть? - Есть. Вот, а бабушка-то побольше телевизора знает. Есть дочки русалки и русалочья принцесса вся в жемчугах. Да ну тебя. И чем же они там под водой дышать-то будут? Будут. - Ну чем? - Будут. А, иди-иди, любуйся на своих козявочек, жучков и паучков. Любуйся, любуйся. Ну откуда у нас принцессы? Нету принцесс! Маруська, ты где? - Маруська! - Аааааа! Маруська! Выныривай, тебе говорят! Маруська! Маруська! Ну что ты, маленькая, ну что ты! Ладно, будет тебе реветь. Ну чего ты ревёшь как укушенная? - Это всё твои принцессы, красавицы. - Да, красавицы! Ладно, пусть, только не реви. Видишь, народ собирается. Увидят что тонули, бабушке расскажут. Мы сейчас к деду Савелию пойдём, у него и обсохнем. Не маши. Не маши, покусают. Я уже не машу. Ой. - Иди тихо. - Я иду, иду. - Дед! Дед! - Ух, какая шляпа. - И не покусают. - Ладно, сейчас сами высушим. На этом будем гладить, дед наверное на этом гладит. Вот. Чур, я первая сушиться. - Ты чего? - Рваное. Твои принцессы порвали, пока ты в воде бултыхалась. - Значит они есть, есть, если разорвали. - Нет, и не было. - А на машинке шить умеешь? - У меня ноги крутить не достают. - Крутить буду я. - Ладно. Нет, не надо. - Крутить? - Крути. Крути, крути. - Кто ж это вам разрешил, а? - У нас порвалось. Я спрашиваю, кто разрешил утюг электрический трогать? Кто Вам разрешил близко к электричеству подходить? - Мы не близко, мы на вытянутую руку. - Не близко. О, и на подарок мой уселись, а. - Какой подарок? - Это же мне колхоз подарил. До войны ещё. На какой, вот на какой. Пружина. - Ну ладно, чё Вы нашили-то здесь? - Вот. Ууу, это здорово, а ну-ка примерь. - Оно мокрое. - А ты примерь. Ну как? О. Ну вот, завелась. Дед, а дай Маруське медку полизать, а то ведь не перестанет. Полижите. Где блюдце-то у нас? Чур, я первая лизать. Ну-ка, ооо. Так, ооо, вот. "В неком царстве-государстве, Всё равно каком. Выделялись гренадеры Писаной красы. По-модному на шомполе Закручены усы. И стояли барышни у обочин. Им солдаты нравились Очень-очень. И в каком столетии не живи. Никуда не денешься от любви." - А Вы никак купались, а, Маруся? - Тонули. - Аааааа. - Нас бабка Вера, колдунья спасла. Какая же она колдунья? - Просто старая очень. - А почему она всё молчит? Наговорилась небось за век-то за свой. Дедушка Савелий, а почему когда в воду смотришь там принцессы есть? А когда в воду шлёпнишься, их не одной? Пугливые верно. Они какие принцессы, водяные, а? Угу. Ну, значит, рыбьего племени. Значит, чуть что - сразу в разные стороны. Ууу, и мой мёд слизала. - Дед, это тоже подсуши. - Будет сделано. Дед, а ещё мой папка велел узнать у тебя, откуда дети берутся. - Папка велел? - Ага. Мамка в больнице, узнать не у кого. А тётя Настя говорит, что она своих троих в капусте нашла. В капусте говоришь. Правильно, детей чаще всего в капусте находят. А то бывает аист приносит. - Аисты, чего там без дела стоите? - О, не здюжала модель, поломалась, да? - Не здюжала. А ты, Сенька, говорить хорошо, возьми сам полетай. Пожалуйста. - Ты чего? Что с тобой? - Он всегда делает что не надо. - Теперь мне платье забрызгал. - Ничего, отстирается. Хозяин дома? Сенька! Сенька! - Как ты тут? - Нормально, вот стираю. Молодец, мама просила за тобой присмотреть. Подай мне штаны из комнаты. - Идём ко мне, покормлю. - Не, мы с папой ужин готовить будем. Суп из концентрата, и консервы откроем. Кильку в томате. - С варёной картошкой. - Какие трудности испытываешь? А, никаких, только с поросёнком Васькой. Без гуляний ему нельзя, и гулять выпустишь, всюду лезет. Всюду лезет? Чудо моё. Ой, смотри. Кыш, нахалка! Кыш! - Смотрите, дождь. - Ой, караул. Ой Сенька, ой! Курицу, курицу, давай бросай её, окна позакрывай. - Ну и льёт! Ты что, тоже вымок? - Нет. Я купался. Худо тому, у кого сейчас крыша над головой не нашлась. А что ты такой задумчивый, голодный небось? Нет. - Я молока попил. - Ну молодец. Вот картошку чищу. Сейчас ужин готовить будем. Сень, где полотенце? А, нашёл. Пап, а как же они там сидят, если дождь? - Кто? - Да братья. И тётка Настя, и дед Савелий одинаково говорят, что они в капусте сидят. Да? Может они внутри. В кочанах. Нее, нам такого маленького не надо, нам побольше. - Во! И кулаки во! - Ну, куда нам такой? Как куда? Да огород вскопать, скотину накормить-напоить. В магазин сбегать, такой мешок картошки сможет за раз привезти. И один за раз съесть. Ну выбирай, какой суп варить будем, быстрее. Этот или этот? - Вот этот. - Ладно. О, молодец, много картошки начистил. - Надо бы к маме съездить. - Надо. Узнать как что, а может ты побудешь здесь один? Денёк, а я с Маруськиной бабушкой договорюсь, она поможет. Заодно бы я в райцентре кое какие колхозные дела бы сделал. Молоко куда девать? Как? На сливки, а снятое - поросёнку. Поезжай, мамке повеселее будет. Быстрее поправится. Ну и тебе кое что купить надо, ты ж у нас вырос. Ну и брату, пелёнки-распашонки. А когда же он будет этот брат? По плану, у нас в колхозе всё по плану. - Без плана нельзя. - Ну вот видишь, сам знаешь, а спрашиваешь. - Кто дома? - Я. - Ну, как тут у вас? - Порядок. Мы с папой всё успели, даже оладьи, вот, садитесь попробуйте. Спасибо. Ааааа! Васька, ты куда! Назад! Вчера мы с папкой весь вечер снасть делали, чтобы Васька не убегал. Теперь он от меня ни-ни! А ну стой! Ну ясно кто тут вчера погром устроил. И папка твой как дитя малое. - Носится на мотоцикле. Куда спешит? - Куда спешит? Он не спешит, он бешеную езду любит. Ну ладно, я побежала, а то у меня ещё дел по горло. - Только Вы... - На речку ни-ни. Правильно, ни-ни. - Привет дрессировщикам. - Привет. Сенька, ты своего брата сразу к дисциплине приучай. Так его ещё нет. Будет, только не давай ему распускаться. Если позволишь - всё, конченый ты человек, Сенька. Пал Иванович! Подождите, Пал Иванович! Пал Иванович! Нет, это инженер, машины налаживает. - Нет у тёти Любы машины. - Да не её, а колхозную. А чё её налаживать? Её кто хочешь может наладить. Хоть твой папа, хоть мой брат Ванюшка. И не такую машину, не "жигули", а которая думает. - Думает? - Пойдём покажу. Покажи. А зачем эта машина? С каждого поля к ней сигнал идёт когда что делать надо. И про воду, и про химию, когда косить. Кто это тут такой умный? - Ааааа. - Мы. Ишь ты, не долго тебе уже осталось ходить куда захочется. Это почему? Почему? Потому что ты старший брат. Понял? Старший. Так и вас прибывает на мою голову. Ясли новые - строй, школу - расширяй. Стадион подавай. - Степан Иванович! - Иду, иду! Демография. - Поняла? Старший. - Ну и что? - Извините, какой ставить будем? - Красный. - Зелёный. - Красный. - И вы тут? - Тут, а что? Так может твоего брата уже давно привезли. Он там, понимаешь, твоими игрушками распоряжается. - Рвёт, ломает, ему ведь не жалко. - Он что, без понятия? Откуда же у него это понятие? - Так какой ставить, Любовь Алексеевна? - Какой Машенька выбрала. Сенька, Ваську забыл! Сенька! Эти мне самому нужны, он ведь в технике ещё не понимает. А эти пусть берёт. Сенька! Сень, ты что спрятался? Сень! Ты чего тут торчишь? Братья в капусте бывают, а тут нету. Ну глупый. Ну разве дети могут в капусте рождаться? А кто говорит, что везде принцессы сидят? И крапивная, и луковая. Сидят. Выходит, твоим принцессам можно, а моему брату нельзя? Принцессы одно, они как цветочки. - Сенька, ты куда? - В колхозное поле, там кочаны толще. Сенька говорит, что дети в капусте рождаются. Это раньше дети в капусте сидели. А сейчас? А сейчас в специальных сеточках, или, ещё как грибочки в лесу. Ты Маруська, ты больше со мной не ходи. А я зимний. Бабушка говорит я в печке сидел. Она в тот день рано встала, сунулась в печку с растопкой. А там я сижу, она говорит, румяный как пирожок. Эй, ты что делаешь, а? Ты что делаешь, а ну-ка давай. Брысь отсюда! Что ли для тебя оставили? Сенька! А ну-ка иди сюда, забирай своего красавца или я его в милицию сдам. Что это он у тебя, понимаешь, один разгуливает? Не заблудится. - Ну ладно, ты чего такой? - Ничего. Сенька, ты думаешь зачем я в связисты пошёл? Если я шофёр третьего класса. Да потому что я высоту люблю, мне вот со столба вся деревня как на ладони. Я Вас всех прекрасно вижу, ты думаешь я не видел как Вы с Маруськой тонули? Видел. А кто её потом спасал? А теперь ты с Маруськой не дружишь, позор. Вон она стоит, одна-одинёшенька, грустная. Ну ладно, я пошёл, пока. И чего ты вьёшься, сказала бы просто: "Сенечка, извини меня пожалуйста, я больше не буду." Ещё чего! Ты бы лучше домой шёл, чем тут разговаривать. Там твоя мама приехала и на руках у неё кто-то пищит. Брат! - Не знаю, издали не видно. - Должно брат! Сенька, ну иди ко мне. Где взяли? В капусте. Ни на огороде, ни в колхозном поле его не было. Я все кочаны ощупал. - В другой колхоз за ним ездили? - Ага. Специально крюк дали, не могли прямо домой идти. Не могли. Это что ещё такое? Ой, горе луковое, вы б ещё корову в дом привели, в самый раз к новорожденному. Оленька. Не брат это, а сестра. И взяла я её в больнице, а не в капусте, это папа её в капусте нашёл. Закрутил мальчишке голову с этой капустой. Меня аист принёс. Красавица. Аист? Иди, пусть поспит в тишине. Ты чего надулся как мышь на крупу. Говорили брат будет, брат. А это на самом деле сестра. Тут уж ничего не поделаешь. А кто теперь корову будет доить? Мама, или опять мы? - Пока нам придётся. - Так я и знал. Мы там тебе рубашку и ботинки новые купили, сходи примерь. Ну тогда давай в магазин сгоняем, конфет тебе купим. - Шоколадных? - Каких хочешь. Шоколадных. - Здрасте. - Боже, какие люди! - Поздравляю. - А назвали-то как? Или ещё не придумали? - Оленькой. - О, хорошее имя. - Ольга Ивановна. - Очень красивое имя. - Вот, будет от меня подарок. - Спасибо. - Ползунки есть фланельные, распашонки. - Беру. - Нюра, Нюра, за ползунки плачу я. - Так. - А распашонки от меня. - Нюра, где тут у Вас куклы? Ну-ка давай самую красивую. Нюра, Нюра, прихвати рубашечку слева. Ну что Вы, спасибо. На что ей? Она ещё видит всё перевёрнутое и спасибо сказать не может. Девочка в дом, тепло в дом. Нам и без неё тепло было, не простужались. Нюра, ты ему погремушку дай, и то ещё рано. Конфеты обещал, а сам забыл. - Нюра взвесь мне шоколадных конфет. - Сейчас, всё будет. Понимаешь, Сенька очень шоколадных конфет хочет. - На. - Спасибо. Сенька! Сенька! Сенька, вот они шоколадные конфеты. Ну что, помощник, выспался? - Не выспался. - Доброе утро. Большущий ты мой. А ну-ка, подержи. - Оленька? Иду, моя маленькая. - Оленька, Оленька... Только и умеет писать. - Сладкая моя, ей, ей. - Это мы бухнем. Веник вот здесь поставим. Видишь какой у тебя старший брат. Пыль подотру, мы с папкой чисто жили, у нас был порядок. Расти скорее, тоже такая будешь. Мама, смотри-ка, кот Матроскин, мама! Тссссс! Маруська, слышь, Маруська. Ой не могу. Похожа я на принцессу? - Нет. - А на невесту? - Неа. - А на кого? - Только на мяучало. - Ааа. Сам ты чучело-мяучало. Маруська, не нужен я ей. Не любит она меня. - Кто? - Мамка. Она теперь эту нахалку любит. Мультики смотреть из-за неё не даёт, и весь двор от неё в пелёнках. Да, плохо когда не любят. А чё это вы всё любит - не любит, любит - не любит. - Ты хочешь чтоб тебя мама любила, да? - Да. - А ты её любишь? - Люблю. - Да? А это надо доказать. - Доказать? Да, доказать. Или, скажем, заслужить. Заслужить. Вот видишь, Маша правильно говорит, заслужить. - Сенька, домой. - Наташа! А ты куда от дочки то? Пока спит, в правление схожу. Вкусно. Тише ты, не чмокай. Олька знаешь какая чуткая, проснётся. А это не я, это тесто. Видишь? Сейчас убежит. Мы сейчас мамке докажем. - Сами пирог сделаем. - Давай. Пусть мамка меня любит, а сестру эту любить не за что. Мы сейчас такой пирог сделаем, такой. - Какой? - Ватрушку. Мамка ватрушку любит. Для ватрушки творог нужен. Творог? Сейчас принесу. Неси. Ой. Мамка творог со сметаной любит. Ну какой ты бестолковый! Ладно, соберу, у нас пол чистый. Давай уж я соберу, а ты тесто меси. Как я с тобой устала. Ты, Маруська, начинкой пока займись. Ладно. Только сахару в неё не жалей. - Давай сметану. - Мамка начинку сладкую любит. На, попробуй. Говорю тебе, сахара не жалей. - Ну что? - Я ей соску обратно дал. - А она всё равно ревёт. - Ой. - А давай ей соску в мёд обмакнём. - Давай. Будет как жвачка, а жвачку все любят. Ну нахалка, ну принцесса. - И с мёдом ей не подходит. - Может она мокрая? - Сухая. - Чего ж тогда орёт? - Не знаю. - Может характер показывает? У тю-тю-тю. Чего ты разтютюкалась, лучше спой ей что нибудь. - Может она песни любит. - Давай. "И стояли барышни у обочин, им солдаты нравились очень очень. И в каком столетии не живи. Никуда не денешься от любви. И в каком столетии не живи. Никуда не денешься от любви." Тру-ту-ту-ту-тру-ту-ту. Ляляляляля ляляля. Надо же, песни любит. Сейчас я ей устрою музыку! Перерыв. Ладно, сами споём. - Давай тесто раскатывать. - Давай. Дай-ка мне. Теперь я. Вот упрямое. - Держи его, растягивай. - Держу, держу. Сейчас я его. Здорово, молодец. Давай начинку. - Ты не мажь, ты всё вываливай. - Хорошо. Мам!!! Иду, Оленька. Иду, иду, иду. Что? Сейчас нам наверное попадёт. За что? Ну то, что Вы её в тесте вымазали, это понятно. Почему она липкая? Мы ей мёд давали, а что? - В мёде все витамины. - А это что такое? - Ватрушку делаем. - Ватрушку, марш к зеркалу. Мы не какие-нибудь, мы и больше можем. Что, хороши? Так вот. Пока не отмоетесь и не отстираетесь, на глаза ко мне не попадайтесь. Ай! - Да, да. - Можно? Ой. Простите, здравствуйте. - Здравствуйте. - Простите, я сейчас. - Что вы, что вы, не надо. - Как у вас тут чисто. Как прохладно, а на улице, знаете, просто... Погодите, погодите, а это кто? Сенька и Машенька? - Ага. - Ну, метаморфоза. Вы просто талант, Любовь Алексеевна. - Спасибо. - Спасибо. - Проходите, садитесь. - Спасибо. Да, посмотришь на таких ребятишек... И никуда не захочется. - А вы детей любите? - Обожаю! Я знаете, дочку хотел бы. - Маленькую дочурку. - И я о дочке мечтаю. - Правда? - Правда о дочке? - А наша тётя Люба красивая. - Она очаровательная. Ооо, ну ты даёшь. Красивый, красивый, давай помогай. Держи. Лучше б борщом занялся, чем пирогом то. Борщ понятнее. Мама говорит, не любишь ты её, всё озорничаешь. Это она меня не любит. Ну ты на маму то не сердись, ей сейчас с Оленькой тяжело. Да, да, смотри кого привёл. Час от часу не легче. Зачем тебе понадобилось? Это что б дураки завивались? Это тётя Люба завила. Тёть Люба? Вот артист. Вот пусть она своих заводит, а потом завивает. Смешной какой. А ну-ка погоди. Только и знает теперь толкать. Почему так? У одних по двое ребят. У других ни одного. - Ну чего тебе? - Сейчас что-то покажу. - Видишь, что у бабушки выросло. - Ого! Бомба. - Наверное в нём арбузная принцесса живёт. - Неа, это на мой день рождения. Когда оно исполниться, я его съем со своим лучшим другом. - И с кем это ты его есть будешь? - Известно, с тобой. - Наверное сладкий. - Ага, сладкий. Если я твой лучший друг, ты мне должна помочь в одном важном деле. - Каком? - Только для этого нужно поклясться. - На крови. - Это как? Вот булавка, я палец уколю и ты палец уколешь. Потом палец о палец потрём, чтобы кровь смешалась. Если тесто месить, я не буду! Я изюма на год объелась. Нет, дело важное, от него всем хорошо будет. И маме, и папе. И тёте Любе, и этому инженеру, Павлу Ивановичу. Ну, согласна? - Давай палец. - А если тупая? Ну, видела? Давай палец. Не бойся. - А целоваться? - Целоваться не будем. - Почему? - Это мужская клятва. Ах, тогда говори. Сенька, домой! Я пойду в правление в бухгалтерию, а ты пока тут поиграй. Если Оленька заплачет, посмотри, может быть надо что. Если она мокрая, пелёнку сухую ей постелешь. - Она скорее всего просто соску захочет. - Я ей песню спою. - А она что песни любит? - Любит. Ясно. Руки покажи. Покажи руки. Грязные какие, мой. Пусти-ка. - Хорошенькая какая. - Моя мамка плохую не выберет. Ишь, узнаёт. - Теперь ты пусти-ка, теперь я её заверну. - Теперь кто угодно завернёт. Кто угодно не красиво завернёт. Подай-ка мне ленту. - Пошла, пошла, не валяйся тут на дороге. - Ты суеверный что ли, Сенька? Ах ты! Ах ты! Маруська, замри! Там этот Стёпка на столбе. Ааа. А ты слезай! Чего к нашему столбу привязался? Работа у меня такая, вот телефон вам провожу. Обед уже. Придёшь в столовку, а там и сесть негде. Уже десять минут как все обедают. Надо же, заработался. Тихо, помолчи. Сенька. Сенька, ты где? Фух, ушёл наконец. - Ишь как дышит. Жаль, что она не принцесса. А ты откуда знаешь, может принцесса и есть. Ладно, я пошёл, а ты, Маруська, мошкару отгоняй, букашек не допускай. Как тётка Люба появиться - сразу прячься. Только быстрее. - Тёть Люб! Тёть Люба! - Чего? Ты пойди-ка на свой огород, посмотри что там у тебя. - А что? - Только ты сейчас же иди, бегом! Сенька! Сенька! Что теперь будет? - Где она? - Сенька! - Куда ты её дел? Ну, говори, где она?! - Не нужна она нам. Куда ты её дел, Сенечка? Она же сестрёнка твоя, родная кровь. - Как это так не нужна? - Ты мне скажи, с ней ничего не случилось? Ничего не случилось, лежит себе, новую мамку дожидается. Где лежит? Ну, говори где лежит! Говори же, Сенька, говори, тебе же лучше будет. Говори скорей. А зачем тебе двое ребят? Когда у других ни одного нет. Ты меня люби, а сестру эту пускай тётка Люба любит. Ты её по ошибке нашла, а теперь будет не по ошибке. Тётка Люба всегда мечтала. - Ты её тётке Любе домой отнёс? - Не скажу. Ну-ка пусти! Беги, беги, всё равно тётка Люба её уже нашла. Понял! Она теперь тётки Любина Олька. Тётки Любина! Всё пропало, всё, всё пропало. Говорила, колдунья она. Кому она твою Ольку отдаст, того и будет. Заходите, заходите в дом. Да надавать ему надо по одному месту, вот и всё. Маленькая, малышка. Надо мне уходить, теперь я для них совсем лишний. Это она мне в дорогу оставила. - Дед, а дай мне хлеба в дорогу. - Возьми. А чё собрался куда что ли? Я в громадный город, где самолёты строят, там буду жить. Ну что ж, у нас у людей доля такая - ходить. - А Маруська как, с тобой или?.. - Нет! - А то ей тоже хлеба надо. - Нет, Маруська потом ко мне приедет. Аааааа. Дед, а я никогда не вернусь, прощай. Так человек никогда на прежнее место не возвращается. Воротился человек, глядь, а это уже совсем не тот человек. А если человек таким же вернулся, к тому времени уж место давно переменилось. Этого Сенька многие не понимают. Всё рвутся куда то, потом назад рвутся. - Ты это понимаешь? - Понимаю. Ну что ж, тогда ступай. - Прощай. - Угу. - Прощай. Прощай, говорю. - Прощай. Прощай. Ой, ой, задохнёшься. Глупый ты глупый. Умный бы был, в стадо пошёл. В стаде и побегать и попрыгать можно, и вообще расти быстрее. - Здорово, мужик. - Здрасте, председатель. - Куда путь держишь? - А Вы куда? Я в поля, сынок, посмотреть что где поспело. Где убирать пора, где погодить ещё недельку. А что же Вы не на своей новой машине, "Волге"? Ооо, на "Волге" я езжу к высокому начальству. А в поля лучше на лошади, с лошади земля понятнее. Знаешь, поле, лошадь, и я среди них вроде не особенно лишний. - Стоять, стоять, Сластёна. А ты куда же? - Я в громадный город, где самолёты строят. Вон оно что, это тоже дело. - А дорогу знаешь? - Найду. А ты, чтобы не плутать, выйди вот на этот холм. С него всё вокруг хорошо видно, вот ты с него и прицелься. - Ладно. - Этот холм особенный. На нём наши предки дозором стояли. - А кто они, предки? - Ну как тебе объяснить. Древние воины-пахари. Они эту землю первыми распахали и от врагов защищали. Вот здесь, на этом холме, была их крепость. Предки наши, наш корень. А мы с тобой для них пра-пра-пра-правнуки. И ты, и я, мы для них с тобой одно - потомки. Понял? Как это одно? Вы вон какой большой, а я ещё не очень. Это ничего, вырастешь. Будь здоров, мужик. - Счастливого пути. - До свидания. Эй! Траву косить пора! А, не мои теперь это заботы. Пусть сами тут без меня разбираются. Ух ты! Ооо, деревня моя! Худо им без меня. Сенька! Сенька! Ушёл? А арбуз, арбуз с кем я буду есть? При чём тут арбуз, ты только посмотри. Не знали ещё Сенька и Маруська, но уже чувствовали. Что где бы они ни были, возле дальнего синего моря, хоть на другой стороне земли, будут они видеть во сне этот холм и всё что вокруг. И всю землю, которую в малолетстве и навсегда осознали, как свою родину.
содержание .. 4313 4314 4315 4316 ..
|
||
|
|