|
|
содержание .. 2738 2739 2740 2741 ..
- Так, вот ваши чаи и наши добавочки. И сдача. - Спасибо. - Всего доброго. До свидания. - Здрасте, Анна Михайловна. Как вы? - Ой, Ульяночка, сын у меня болеет. А соседи посоветовали, что надо в еду добавлять или БАДы, или ВАДы. - БАДы, биологически активные добавки. Смотрите, очень хороший есть сбор "Добровиталь". Он успокаивает желудок и восстанавливает иммунитет. Очень хороший. - Вот-вот, это мне как раз и надо. Ты мне таких две упаковочки... - Две, угу. Можем и вам что-нибудь подобрать. Вот есть кардиологический сбор. - Да нет, мы теперь живем на одну мою пенсию. - Извините. - А сын все на больничном, так что нам теперь не до жиру. - Вы знаете, я вспомнила: у нас есть пробные экземпляры, они бесплатные. Я на складе посмотрю, а вы в понедельник утром заберете. - Ой, спасибо, золотой ты человек. Спасибо, я обязательно завтра приду. - Да не за что. Приходите. Не болейте. - Здравствуйте. - Здрасте. - Поливитаминчики какие-нибудь. Алло. - Привет, любимая. - Привет, мой хороший. - Что у тебя с голосом? Ты заболела? - Нет, я просто устала. Спасибо, Николай Петрович сегодня сделал сокращенный день. Сейчас пойду домой и отдохну. - Ну и умница. - А еще я очень сильно по тебе скучаю. - Я тоже. - У меня для тебя приятная новость. - Расскажешь? - Нет, хочу видеть твое лицо, когда ты об этом узнаешь. - Ладно, вечером за все ответишь, интриганка. У меня билеты на вечерний рейс. - А! Ура! Я тебя очень люблю и очень скучаю. - Я тебя тоже. До вечера. - Пока-пока. Лекарство для Анны Михайловны. - Короче, надо быстро сворачивать эту лавочку. У бабки сын-язвенник траванулся, сегодня телегу накатала. - Ну что нам теперь делать? - Что делать? Поменяешь название. Была фирма "Ирида", будет "Макрида". - Нет, но хотя поменять название фирмы - просто. Да, идея. - Что за ерунда? - Подожди. А, это вы, Ульяна Андреевна? Вы что-то хотели? - Я все слышала. - Очень жаль. - Иди сюда, иди, моя красавица. Спасибо тебе, спасибо, моя кормилица. Гуляй. Эх, молочка дала! Спасибо. Федор. - А? - Что-то у меня печка опять дымит. Зайдешь сегодня поглядеть, что ей там не нравится? - Угу. О, молочко. - Да. Перелей в свою тару. А я тут у тебя яблочек отберу на компотик. - Как же у вас, Анисья Петровна, хорошо, прямо уезжать не хочется. - Ой, хорошо. Так и не уезжай. Ты же нам теперь как сын. Который год приезжаешь сюда свои книжки писать. - Так потому и приезжаю: у вас тут вдохновение прямо на деревьях растет. Была бы моя воля, если бы не редакция, я бы отсюда и не уезжал бы. Анисья Петровна, скажите, а одной дома ночью не страшно? - Чего? Чего мне тут бояться? Тут же ни одной живой души вокруг. Такие глухие места. Только зимой, бывает, волки подходят к окнам. Так я Зойку свою дома держу. - А я все-таки не понимаю, что вы с Тимофеичем не сойдетесь. Жили бы себе под одной крышей - все равно же друг о дружке заботитесь. - А что, Анисья, может еще не поздно? - Чего? - Чего, чего? - Окстись. Ты не боишься? - Чего? - Что Семен мой тебя с того света достанет? Не балуй! Ой, пойду я. - Ну, давай. - Хорошие у тебя яблочки. Когда ступеньку сделаешь, а? - Когда-когда, когда рак на горе свистнет. - Мастер-ломастер. - Тимофеич, признайся, ведь не ровно дышишь к Петровне-то? - Да что уж теперь говорить-то, по молодости мы с Семкой чуть не поубивали друг друга - так любили. Она неприступная была, гордая, что ты! А потом в армию оба ушли. Он, стервец, на полгода позже - и сумел окрутить. - А женился-то он назло? - Что? - Назло, говорю, женился-то? - Может, и назло. Только повезло мне. Катюха еще в девках по мне сохла. А как замуж взял, так чуть на руках не носила. Ладно, вот что, брат, ты сегодня к камышам иди - погода сегодня щучья. Дождичком попахивает. Ушицы сварим. - Я, по ходу, без глушака остался. - Я тебе такие бабки плачу - ты двадцать глушаков можешь накупить. - Не ори. - Что ты кипишуешь? Тут на сорок километров одни белочки да хомячки. - Белочки и хомячки. Жива еще. Хорошо, что в отключке, - ничего не почувствует. Документы, сумку - все в воду, чтобы не опознали. Заканчивай. - Да что же такое - связи нет. Черт! - Что там? - Да ничего. - Да не переживай. Тут по хорошей погоде не всегда дозвонишься, а уж когда так льет, так и думать забудь. - Слушай, Тимофеич, дай мне свой мотоцикл. - Куды? Тут танк нужен. Глина злая - не пустит, да и бед каких-нибудь понаделаешь. - Ничего, сам решу. - Я сказал - не пущу! Сами справимся. - Значит, вы утверждаете, что до вашего отъезда в командировку гражданка Морозова отработала на этой фирме не более трех месяцев. - Да, она долго не могла найти работу. - Да лучше бы она дома сидела. Вы там у себя запишите, что она к этим махинациям не имеет никакого отношения. Чтобы Уля сознательно продавала поддельные препараты - это в голове не укладывается. - А вы, простите, подруга? - Да, я лучшая подруга. Мы с первого класса за одной партой сидели. И друг о друге знаем все. - А вы, подруга, знаете, что жертвами мошенников, на которых работала Ульяна Георгиевна, стали четверо человек? Нет, мы, конечно, ее ни в чем не обвиняем пока. Нам нужны ее свидетельские показания. - Ну так найдите ее. Вы четыре дня не можете найти живого человека. - Тихо, ищем, ищем. Найдем. - Где я? - Все хорошо, успокойся. Ты сейчас в безопасности. Хочешь пить? - Угу. - Как тебя зовут? Не помнишь? - Я не помню. - Действительно ничего не помнишь? - Что со мной? - Видимо, у тебя это после сотрясения. Хорошо, позже обо всем поговорим. Тебе спать нужно. - Не надо!.. Не трогайте меня. - Хочешь, я рядом посижу? - Нет. - Иди воды принеси. - Хорошо. - Что, испугалась? Мы же тебя с того света вытащили. Ты не боись. Мы тебя на ноги поставим. - Как пахнет! Хватит, хватит. - Ничего, ничего. - Я не съем столько. - Ешь, ешь, тебе нужно восстанавливаться. - Спасибо. - Вот дождище-то. Десятый день хлещет. - И пузыри на воде - это надолго. Ты ешь, дочка, ешь. Старый, что, вилок не было? - Нет, нет. У моей бабушки такие же ложки были, деревянные. - Вспомнила? - Да. - А еще что вспомнила? - Нет, больше ничего. Так, в голове мелькнуло - и все. - Опять пересолил. Что, влюбился, что ли? - Да. А во всем ты виновата, старая. Приголубила бы, приласкала бы. - Я тебе приголублю. Я тебе приласкаю. - Вот в этом вся ты сама. - Угу. Напросишься. - Неопознанных больше нет. - Ну что ж, хорошо. Появятся - звоните. - Дай бог, не придется. - Я должна рассказать. Должна рассказать! Не надо, пожалуйста. А, больно! Больно! - Все хорошо. Все, успокойся. Что, что-то страшное приснилось? - Кошмары какие-то. Постоянно снятся. Это так страшно. Я не знаю, что делать. Не знаю. - Ну все, все. Может быть, не надо тебе сейчас об этом говорить, но ты должна знать: я, когда вытаскивал тебя из воды, видел двух людей. И, по-моему, они хотели тебя убить. - Как - убить? Как - убить? За что? Что же я наделала? Что я сделать могла? Боже мой! Как же, как же жить теперь? - Ну как? Жить дальше. У тебя наверняка есть родные, близкие. Они где-то ждут тебя. И очень хотят тебя увидеть. - Наверное, хотят. - Вот дожди пройдут, дороги подсохнут... мы с тобой поедем в город... и ответим на все твои вопросы. Хочешь, я немного посижу с тобой? - Угу. Расскажи мне что-нибудь. О себе. - Даже не знаю, что рассказать. Я пишу книги. - Книги? - Угу. - Ух ты, это, наверное, интересно очень. А какие? - Хороший вопрос. Мне хотелось бы верить, что хорошие. - Дашь почитать? - Ну где тебя черти носят, а? Тебя только за смертью посылать. Ты что, купался, что ли? - Читаешь мою рукопись? - А что ты мокрый весь? Ты же заболеешь так. Спасибо. А что ты радуешься? Ну что ты радуешься? Ты же заболеешь так. Надо переодеться. - ЗдорОво, Леха. Морозов. Да так себе дела, потом расскажу. Скажи, у тебя нет мобильного телефона Ершова? Да, да, прокурора. Слушай, Леха, не нужно было бы - не спрашивал. Да, пишу, пишу. Ага, ага, спасибо. Все, давай. - Ты знаешь, интересно. Хотя в некоторых местах, мне кажется, Лелин поступок немного надуманный. Вот откуда она знает такие термины? Она что, экономист? - А ты у нас, случайно, не филолог? Или, может, ты литературный критик? Извини. Просто мы, писатели, все влюблены в собственные тексты. Все-таки кто же ты есть на самом деле, печальная нимфа? - У тебя рука горячая - температура, наверное. Федор Тимофеевич, а где у вас градусник? - Да нет его меня. Я его лет 15 назад кокнул. Для чего он мне? - Точно заболел - температура. Так, я пока к Анисье схожу - может, у нее градусник есть. - Да нет у нее ничего - она диагноз руками ставит. Ведьма, она и есть ведьма. Вон сколько мне метелок принесла, чтобы я к ней не совался. - Эта от кашля помогает. - А ты что, понимаешь, что ли? - Наверное, понимаю. - Нет, все-таки очень интересно, кто же ты есть на самом деле? А давай буду называть тебя Юля. - Заканчивай. - Все в воду, чтобы не опознали. - Проснись. - М-м? - Проснись, пожалуйста. Там кто-то ходит под окнами. Слышишь? - Да нет там никого. - Андрюша, они узнали, что я жива, и нашли меня. Мне очень страшно. - Да я сейчас посмотрю, не бойся. - Андрей! - Посмотри, кого испугалась. Бояка-вояка. - Твоя коза мне все поломала, не могла, что ли, привязать ее крепче? - Ой, посмотри на свой двор - у тебя и так все вытоптано. - Что на мой двор пенять, ты на свой посмотри! Что у тебя вон творится... Все обвалилось. - Ой, а сколько раз я тебя просила... - А-а! - Боялся глаза открыть. Я думаю: а вдруг это сон? - Андрюша, что мне делать? Меня пытались утопить. Тебе не интересно за что? Тебе нужны мои проблемы, да? Нужны? - Необходимы. Если ты боишься своего прошлого, то забудь о нем. Давай все начнем сначала. Мы тебе сделаем новые документы. Просто будь моей музой. - Надо сегодня дорогу проверить. Может, просохла? - Ну как там? - Да никак. Дорогу развезло, еще пару дней точно ждать. Скажи, а что, по-твоему, любовь? - Любовь... Это когда встречаются две половинки. - И все? - Им нужно идти в загс. - А-а, понятно. Что? Что-то вспомнила? - А у меня кольца не было обручального? - Кольца? Нет, не было кольца никакого. - А что, по-твоему, любовь? - Любовь... Любовь - это болезнь со всеми сопутствующими симптомами: температура, жар, озноб. - Но от любой болезни можно найти лекарство. - Но только не от любви, да? - Только не от любви. Что? Что такое? Что такое? Что? Ну скажи что-нибудь. - Я не понимаю, что произошло-то? Отравление? Ели мы одно и то же. - Ты это... того... меня не выдавай. Я давеча их разговор слышал. Они с Анисьей... твоя-то - того! - Что "того"? "Того"... Загадками какими-то разговариваешь. "Того"! - Да погоди ты! - Ну что? - В общем так, в больницу ее надо и как можно скорее. Как бы хуже не стало. Тяжелая она у тебя. Что, не понимаешь? - Ну того! - Осторожно. - Меня ни в одну больницу не примут, у меня документов нет. - Ничего-ничего. Нам сейчас главное с тобой до дома добраться. У меня у друга жена врач-гинеколог. Очень хороший специалист, она тебя посмотрит. - Давай. - Осторожнее. - Ножку давай. Вот так, накрывайся. - А пирожков на дорожку? Вот. - Спасибо. - Горяченькие. Езжайте с богом. - Ну что ты с ними как будто навеки прощаешься? Я их на следующий год жду на рыбалку. За удочку спасибо. - Доживи еще до следующего года. - Доживу, не волнуйся. - Спасибо вам. До свидания. - До свидания, Анисья Петровна. - Аккуратнее вези. До встречи! - Так, тапки, здесь спальня. Это ванная, там полотенца, халаты. "Добрый день, князь Андрей Градов в отъезде. Если у вас есть важные сообщения, передайте дворецкому после сигнала". - Интересно, куда Ваше Сиятельство пропало на сей раз? Мобильный сдох у тебя, что ли? А ты вообще помнишь о договоре? Рукопись два дня назад должна была лежать у меня на столе. Вероника бушует. Все, Градов, больше я твой княжеский зад прикрывать не буду. Приедешь - звони. - Это Веня, мой главный редактор. Добрейшей души человек, а врач-гинеколог как раз его жена. Пойду чайник поставлю. - Угу, да. - Так, вы одевайтесь и выходим. Ну что же вы тянули-то так долго? Уже беременность тринадцать недель. - А ошибки быть не может? - Дорогой мой, ты что? Я пятнадцать лет этим занимаюсь. А что, значит, не ты отец? - Нет. - А кто хоть знаешь? - Что ж делать-то? - А что делать? Аборт уже поздно. Это если только искусственные роды, но это не ко мне, ты меня знаешь. Ну что, у вас все в порядке. Беременность протекает нормально. Я, к сожалению, на учет поставить не могу вас без документов. - Угу. - Но вы пока сделаете полис, паспорт, буду вас консультировать в свободные часы. - Угу. - А вот это вам, пока попьете витаминки. - Спасибо. - Спасибо тебе. - В машине посиди. - Ты куда? Я с тобой. - Думаешь, я витамины не донесу? Я сейчас быстро. - Хорошо. - А я тебя узнала. Убийца! Люди, вызовите полицию. Это Ульяна Морозова, она убила моего сына! Гадина! Думала, тебя никто не узнает? - В машину садись. - Моего сына!.. - Так, можно вас на секундочку? - Моего сына Павлика! - Успокойтесь, я вас прошу. - Сколько вы своими таблетками людей на тот свет отправили? - Успокойтесь. Значит так, это моя жена, ее зовут Юлия Градова и она сейчас в положении. Если после вашей истерики с ней, не дай бог, что-нибудь случится, вы за это ответите. А преступников должна искать полиция. Вы со мной согласны? - Да. Я обозналась. - Бывает, бывает. Ну, успокойся. - Что ты ей сказал? - Я ей сказал, что ты в положении, и она успокоилась. - Ладно. - Что такое? - Ничего. - Юля, а тебе не кажется, что после всех этих передряг, из-за того, что ты тонула, у тебя вообще может быть кислородное голодание? У тебя родится умственно неполноценный ребенок. - И что? Ты что, аборт предлагаешь сделать? - Да какой аборт? Во-первых, для аборта уже срок слишком большой, единственное, что можно - это преждевременные роды. - Нет, я люблю своего ребенка, я буду любить его таким, каким он будет. Прости. Я понимаю, ты прав. Ты не должен воспитывать чужого ребенка. Я уйду, все, и не будет проблем. - Так, стоп. Стоп. Спокойно, ты никуда не уходишь. Решили рожать - будем рожать. - Чего ты не спишь? Уже второй час. - Я пытаюсь вспомнить. Мне кажется, я знаю эту женщину. - Не придумывай, тебе спать пора. - Послушай, если я правда совершила преступление, как мне с этим жить? Надо идти в полицию. - Не надо никуда ходить, я все решу. Какое преступление? Преступление она совершила, преступница. Тебя саму чуть не убили, вон дрожит, как зайчонок. - Андрюша, мне очень страшно. Я с ума так скоро сойду, я не знаю, как мне жить. - Тсс, все. Так, все хорошо. Прежде всего, нужно думать о себе и нашем малыше. Знаешь, как мы его назовем? Мы его назовем Васькой. - Как кота. - Почему как кота? А ты как хочешь? - Не знаю, мне Миша нравится. - Как медведя, что ли? Слушай, может, у нас вообще девочка будет? - Точно. - Эй, ну, плыви сюда. Что ж я тебе так не нравлюсь? Я же тебя кормлю, чищу тебе все. Градов, ну наконец-то! Слушай, ну ты превзошел сам себя в этот раз. Мы вообще-то тут волновались. - Я исправлюсь. Прошу. По-моему, неплохо. - Я даже уверена, что хорошо. Как ты отдохнул? - Чудесно. Мне нужен твой совет. Как тебе? - Градов... Это... - Знаешь, со мной такое случилось. Ты знаешь, мне кажется, что я встретил свою единственную. - Это очень красивое кольцо. Я за тебя очень рада. У тебя прекрасный вкус. Рассказывай. Надеюсь, невеста так же хороша. - Она чудесная. - Сколько ей лет? - Хороший вопрос. - А ты что, даже не знаешь? - Какая разница? Дело не в возрасте. - Конечно. - А дело в том, что я с ней себя чувствую настоящим мужчиной. Понимаешь? - Что же тут непонятного? Мужчиной. "Появились новые щенки немецкой овчарки и французского бульдога. Посмотрите, какие они милые. Если вы хотите забрать - звоните. 8-916-204-85-02. Повторяю: 8-916-204-85-02. Посмотрите на них еще раз. Неужели ваши сердца не отзываются?" - Триста шестьдесят тридцать сорок. Что это за номер? 8-926-360-30-40. 8-916-360-30-40. - Алло? Говорите, вас не слышно. - Простите, а чей это номер? - Сейчас, я выключу телевизор. Что вы сказали? - Извините, я хотела узнать, чей это номер. Куда я попала? Я, наверное, ошиблась, простите. - Нет-нет, не кладите трубку! Ульяна. Ульяна, ты, что ли? Значит, Ульяна. Алло. - Ульяша, неужели это ты? Тебя Володька нашел? Какой Володька? Я правда ошиблась, наверное. Извините. - Стоп-стоп-стоп, Ульяша. Ульяша, давай поступим так: ты мне говоришь, где тебя искать, я приеду и мы все обсудим. - Где меня искать? - Да, ориентир какой-нибудь. - Я из окна вижу парк какой-то. Тут аттракционы, такой большой цветной аттракцион - чертово колесо. - Я знаю, где это. Ты прямо у колеса меня жди, поняла? - Да, сейчас. - Ульяна! Улька! Улечка! - Простите. Простите. - Ты чего извиняешься, дурочка? - Вы кто? - Ты чего, не помнишь меня? Я Оксана, я твоя одноклассница. Помнишь? Вот шрам. Это мы с тобой в шестом классе с пацанами на стройке воевали. Помнишь? Ну а помнишь, я заикалась? Я в школе страшно заикалась и ты лупила всех, кто меня обижал. А потом ты где-то вычитала, что мне нужно петь иностранные песни, чтобы я не заикалась и мучила меня, зараза. - Оксана... Моя Оксаночка. - Моя Улечка. Дурочка. Дурочка моя, ну чего ты ревешь? Ну чего ты ревешь? - Я вообще ничего не помню, понимаешь? Вообще ничего не помню! - А меня? Ну меня же ты вспомнила. - Я встретила женщину, она мне сказала, что я убийца. Расскажи мне, пожалуйста, чем я занималась? Что я делала? Кем работала? Я не понимаю. - В общем так, ты такая же убийца, как я балерина. Все, давай мы сопли на кулак наматываем, я тебе все расскажу. Ты у меня сейчас все вспомнишь. Ты у меня все вспомнишь! Как же я скучала. Как же я скучала! - Держи. - Спасибо. Ты мне еще даже подарок сделала - сено для похудения. - О господи... - Да не волнуйся, я это фуфло сразу в мусорку выбросила. - Что за жаргон? - Жива, жива моя старушка - непримиримый борец за чистоту языка. - Что дальше было? - В общем, в составе этих таблеток обнаружили мел и аспирин. А так как парнишка был язвенником, сама понимаешь, не выдержал. Что? - Ну, значит, она права: я убийца. - Да не говори ты ерунду. Тебя же изначально как свидетельницу искали. Лавочку вашу прикрыли, улик не нашли - в общем, дело замяли. Теперь аптека работает, но уже с новым хозяином. Ну что, что? Что не так опять? - Сына этой женщине я не смогу вернуть. - Уля, но ты же не виновата. Ну ты же понимаешь, что ты не виновата. Ты знаешь, как Володька переживает? Он же на уши поставил всех, кого можно и кого нельзя, почернел весь. Ты не вспомнила Володю? Он же муж твой. - Не надо, пожалуйста. Не надо, я не знаю, о ком ты, я не знаю! - Но если ты Володьку не помнишь... Или ты шутишь? Ну ты же шутишь, да? - Кем он работает? - Он инженер-проектировщик, он у тебя мосты строит. Знаешь какой он у тебя хороший! Когда ты пропала, он в Нижнем Новгороде был. Ты слышишь меня? - Господи. - Что? - Я же картошку жарила. - Какую картошку? - Я рада, что тебя увидела. Приходи ко мне завтра вечером в гости. - Я приду, только адрес скажи. - Хорошо, я позвоню и скажу. - Боже, какое счастье! Спасибо, Господи, что она вернулась. - Прости. Прости, пожалуйста, я сожгла наш ужин. - А ты где была? Ну если мы с тобой вместе, то можно хотя бы ставить меня в известность о своих перемещениях? Неужели это так сложно? Юля. - Послушай... я не Юля. Меня действительно зовут Ульяной. Я вспомнила номер, позвонила... - А зачем ты позвонила?! Ну зачем ты позвонила? А если бы это оказались какие-то бандиты? - Нет, это были не бандиты, это была Оксана, моя одноклассница, мы с детства знакомы. Она мне рассказала все. - Извини. Я просто перенервничал. Ой, я забыл. Это же тебе. И это тоже тебе. - Что это? - Посмотри. - Телефон. - Угу. Пойдем куда-нибудь поужинать сходим. - Привет. Занят? - Привет. Занят. Что-то срочное, Оксана? - Срочное, старичок. Срочное. Уля нашлась. - Что? - Нашлась. Правда, тебя ожидает много "сюрпризов". - А тебе что, фильм не нравится? - Не очень. - Я сейчас открою. А вы, собственно, кто? - Мне нужна Ульяна Морозова. - Молодой человек, вы ошиблись. - Ульянка. Ты совсем меня не помнишь? Ульяночка, я же твой Лешик. Лешик я. Ульяна... - Не надо меня трогать. - Хорошо, я не буду прикасаться, я... Я все понимаю, мне Оксанка рассказала. Вот посмотри. Мы с тобой расписаны, видишь? Фотографии я принес. Смотри: вот Оксанка, вот мы с тобой. Мне все равно, что между вами было. Мы любили друг друга, а ты просто воспользовался случайностью. - Вообще-то, я спас ей жизнь. - Ульяна! - Подожди. - Не трогай меня. - Нельзя ей сейчас нервничать. В положении она, понимаешь? - Ульяна беременна? - А тебя это удивляет? - Хорошо, я уйду... сейчас. Но жену я тебе не отдам, понял? - Как ты? - Где он? - Ушел. - Как ушел? Я должна ему о ребенке сказать. - Ничего-ничего, расскажешь. От него так просто не отделаться. - Опять не спишь? Тебе не кажется, что, постоянно вспоминая прошлое, ты забываешь о настоящем? - Я бабушку вспомнила. Как мы с ней собирали травы: ромашку, мяту, зверобой. А потом, когда зима, мы мешочки с травами раскрывали, вдыхали - пахло летом. - А его вспомнила? - Нет. Но мне кажется, мы были счастливы. - Ты меня любишь? - Люблю. - А... Мариночка, что вы скажете, если мы книги разместим вон там? - Предлагаю рассмотреть вот это место. - Вот здесь, возле лестницы, да? Отлично, мне нравится. Только надо будет сделать поярче. - Ну ты, брат, конечно, учудил. Все ждали, что ты сделаешь предложение Веронике - и?.. - А чего все так решили-то? Хорошо, сходили мы с ней разок в ресторан, на премьеру - и что? - Ой, давай только ты мне не будешь сказки рассказывать, ладно? У вас с ней было? Было? Ой, у тебя на морде все написано: "Было". Ты же победитель! А тут бац! - какая-то девка, какой-то... - Да нет, Вероника прекрасна. Но, понимаешь, она как хорошо отлаженный механизм, а я так не могу, я все-таки художник. Не надо на меня так смотреть, я не претендую на лавры Толстого и Достоевского. Но ты же не будешь отрицать, что я та самая курочка, которая несет для вас золотые яички? - Ну так и неси. Работай под крылышком у Вероники. Ну, она тебя и без этого... Сам все знаешь. - Ты меня не понимаешь. Ну невозможно быть поэтом и жить не как поэт. У нее же все по расписанию: отдых, работа, секс. Не получается у меня так, я задыхаюсь. - Так, все идет отлично. Мариночка. - Видишь? У нее даже улыбка приклеенная. Она вообще вся какая-то ненатуральная. - У нее что, грудь силиконовая? - Нет, с грудью там все в порядке. Я не про это говорю. А ты обратил внимание, что она улыбку снимает и надевает, как перчатки? А потом никакого послевкусия: ты еще улыбаешься, а она уже о деле с тобой говорит. А вот у моей Ульяши улыбка до дрожи в коленях. - Подрожал - и хватит. Ты же у Вероники будешь как за каменной стеной. Не сомневайтесь, князь, я сто лет вас знаю. - Все, с презентацией мы все решили, осталось только меню посмотреть. А про день рождения твоей женушки я тоже не забыла. Прекрасно. - Привет. - Здравствуй. - Нам нужно поговорить, и я хотел увидеть тебя. Уля... - Я должна вам сказать... тебе сказать. У нас будет ребенок. Я... - Я знаю, Уля, я знаю. - Откуда? - Ульяна... А зачем ты его впустила? - Можно нам поговорить? - Ульяна, иди домой. - Подожди, пожалуйста, нам надо... - Иди домой, я тебя прошу. Иди. Мне кажется, что... А! - Извини, Ульяна, я не сдержался. - Уходите, пожалуйста. Пожалуйста, уходите отсюда. - Да что же это такое? - Попей воды. - Что он успел тебе сказать? - Что знает о ребенке. Ты ему сказал? - Да, я сказал. Просто хотел тебя избавить от лишних объяснений. И давай договоримся раз и навсегда, что в нашей семье решения принимаю я. - Я не просила тебя принимать решение. Я сама должна была ему об этом сказать. - У тебя нет перед ним никаких обязательств. Он даже не поинтересовался, чей это ребенок. Пойми: для мужчины важнее любовь женщины. Дети не сохраняют отношений. - Хватит, пожалуйста. - Ты знаешь, я так устал. - Посмотри, какие крошечные - прям в ладошку помещаются. Смотри. - Все, берем. - И еще вот эти мне нравятся. Да? - Ух ты! Эти тоже берем. Да. - Так... Ух! - Вот эту? Ну не знаю, тряпочная какая-то. Давай поищем что-то посерьезнее, не эту куклу. - Давай. - Давай. Вот эта даже лучше. Смотри, а? - Нет. - Нет? - Нет. - А мне нравится. - Мне нравится вот эта машинка. - Ой какие кофточки! - Так, вот эта большая - как ты думаешь? - Там на тебя смотрит какая-то шикарная брюнетка. - Знаешь, что это за шикарная брюнетка? Это мой издатель, я вас сейчас познакомлю. Здрасте. - Здрасте. - А что это вы здесь делаете? - А мы с племянницей по магазинам здесь ходим. - У тебя племянница есть? - Да. - Эту хочу. - "Эту хочу". Вот моя Маринка. - Здрасте. - Это дядя Андрей, а это... - Ульяна. - Ульяна. Очень приятно, Ульяна. Я Вероника. Все только про вас говорят. Так что с ней? - Она разговаривает. - Да ты что! Класс. А ты видела, сколько она стоит? Транжирка ты моя. Не знаю прям. - А я знаю. Пойдем на кассу. Пойдем. - Дядя Андрей, вы наш герой. - Да какой там герой. Пожалуйста, пробейте нам. - Я очень рада с вами познакомиться. - Я тоже. - Я надеюсь, у вас с Андреем все сложится хорошо. - Спасибо. - Только, знаете, мой вам совет... Вы жалейте его чуть больше, чем себя. Хорошо? Понимаете, просто творческие, талантливые люди - они часто как дети, и с ними надо немножко по-другому. - Спасибо вам за совет. - Да не за что. - А почему ты раньше не говорила, что у тебя сестра и племянница есть? - Мы же с тобой раньше как-то вообще о семье не говорили. А сейчас вообще ни о чем не говорим: ты все время убегаешь. Слушай, а ты видел, как она на меня похожа? Знаешь, я с ней сейчас столько времени провожу, что как-то по-другому на жизнь стала смотреть. Получается, что мы с тобой как будто одновременно проснулись. - Угу. Н-да. - Слушай, а давай пообедаем. Поговорим. - Я же с удовольствием... Но не могу, ты понимаешь? - Да. Конечно я понимаю. Семья - это святое. Ну иди. Ты помнишь, что на презентации будет куча журналистов? Так что ты ее как-то морально подготовь. - Все будет хорошо, не переживай. - Я надеюсь. - Так, а почему ты не готова? Мы же идем на презентацию. - Сейчас. Мы, оказывается, занимались в танцевальной студии. Я и мой... Володя. - А откуда у тебя это? - Оксана принесла. Хочет помочь мне вспомнить. - Лучше бы не мешала. - Ну что в этом плохого? Я же не могу жить, не зная своего прошлого. - Я не хочу, чтобы кто-то вставал между нами. - Ну что, богатырь у вас будет. Вот смотрите. - М-м... Ух ты! А можно нам ее фотографию сделать для альбома? - Я-то сделаю, но не ее, а его. Я говорю, мальчик у вас будет. Эти гении вечно в облаках летают. - А покажите еще. - Вот. - Класс. - Этот жанр во многом новый для меня, и поэтому роман писался долго, очень непросто. И мне очень важно и ценно, наверное, как никогда, что... - А зачем тебе трубка? Ты же не куришь. - А тебе не кажется, что одна деталь может поменять весь образ? - Ну не знаю. Мне кажется, лучше быть самим собой. - Вот интересно, как у тебя получается одним словом убить любое желание?! Потрясающе просто! Это какая-то уникальная способность. Извини. Это у меня мандраж просто. Какое платье красивое. Тебе очень идет. - Мы с тобой такие разные. - Да ерунда. Вот привыкнешь к моим выкрутасам - и все будет хорошо. - Наверное, самый сложный вопрос, который мне задают журналисты, - это "о чем ваша книга?" Но если все-таки попытаться на него ответить, наверное, главное, что я хотел сказать этой книгой, - это... что наша с вами жизнь значительно больше и глубже любого горя, которое встречается на нашем пути. И я хотел бы вам сейчас представить двух людей, без которых этой книги просто не было бы. Это замечательный редактор и мой очень хороший друг - Вероника. - Спасибо. - Я хотел бы сказать, что... Вероника, спасибо тебе большое за твою безграничную преданность и за то, что ты в меня верила всегда. Спасибо. - Тебе спасибо, Андрюша. - Друзья, я от себя в свою очередь хотела бы добавить, что перед вами не просто талантливый писатель - это человек, который в реальной жизни представляет образец гражданского мужества. Да-да, Андрюша, не скромничай. Это человек, который готов пожертвовать собой во имя жизни другого. И несмотря на то, что как истинный герой Андрей немногословен, за него скажу я. Друзья, если бы не Андрей, то в этом мире не было бы вот этой прекрасной девушки. Позвольте вам представить музу Андрея Градова. Господа фотографы, вы можете сфотографировать все. Обязательно с его музой. Пожалуйста. Муза не стесняется. И, пожалуйста, можно начинать автограф-сессию. - Что ты? Все хорошо, все нормально. - Еще раз. - Привыкай. Знакомьтесь: это моя Юлия. - Вы очаровательны. - Да бог с ним, ты заслуживаешь большего. - Мой верный Санчо. - Вероника, а ты идешь с нами фотографироваться? - Да-да, конечно. - Давай выпьем. - Такой вот странный день рождения у тебя. - Простите. Разрешите. - Поближе. - Да, пожалуйста. И редактора, пожалуйста, нашего. Веня. Веня, давай. Давайте сфотографируем всех, кто причастен к нашей книге. - Групповой портрет? - Спасибо, да. Все, все становитесь. - Так. - Первый раз на публике? - Угу. - Ой, я тебя понимаю. Скоро официальная часть закончится, все эти журналисты и фотографы разойдутся, и мы наконец-то начнем праздновать мой день рождения. Тебе нехорошо? - Да, мне нехорошо. - Друзья, минуточку внимания. У нас для вас есть еще один сюрприз - наверху всех ждет праздничный торт. Андрюша. - Дорогие друзья, просто это даже для меня сюрприз, поэтому давайте, я вас всех прошу, поднимаемся и приступаем к уничтожению. Все же голодные уже, все же пришли поесть только. - Знаешь, на взрослом ребенке руку набьешь, потом тебе с малым вообще все нипочем покажется. Да? Эй. - Отвезите меня домой, пожалуйста. - Вероника. - Да. - Ты прости меня, я виноват. - Нет, Андрюш, ты всегда прав. - Нет. - Ты знаешь, она очень милая эта твоя Ульяна. Представляешь, я даже не заметил, как она уехала. - Слушай, Градов, пожалуйста, не мучай меня. - Ты что? Я сейчас приду, только за шампанским схожу. - Алло. Алло, не молчите. Ульяна, это вы? Андрей скоро вернется... Тебе Ульяна, кажется, звонила. - Вот вы где, ребятушки. Ну так нельзя. Давайте пойдем к столу, там сейчас танцы начнутся. Ну давайте, давайте. - Пойдем? - Угу. - Пойдем. - Ребятки! - Оксаночка. - Алло. Оксан, ты не спишь? - Нет. Что случилось? - Поговори со мной, пожалуйста. Мне кажется, я иду не туда. - Подожди, ты куда собралась среди ночи? - Никуда. Я запуталась. Мне очень тяжело с Андреем, понимаешь. Нет, он... В смысле, он хороший, добрый, щедрый, он все для меня делает, просто... просто это совсем другой человек стал, не такой, как был в деревне. Мне кажется, мы не будем счастливы. - Ульяш, давай успокоимся. И вообще, ты помнишь, что тебе завтра к следователю? - Помню, да. - Там недалеко есть чудная кафешка. Давай сразу после встречи дуй туда, там мы обо всем поговорим, ты мне все расскажешь. - Это в два? - Да, в два. - Спасибо тебе. - Да не за что. Люблю тебя. - Пока. - Что-то у меня голова сегодня раскалывается. - Там таблетки на столе, выпей, поможет. - А ты куда собралась? - К следователю. - Извини, я, наверное, не смогу тебя проводить. - Ничего. Я уже большая девочка, сама найду дорогу. - Ты чего, обиделась, что я поздно вчера пришел? - Нет. - Ульяна, а у меня на столе листочки исписанные лежали. Ты не видела? - Прости, я выбросила их. - А зачем ты их выбросила?! Я же тебя просил, ничего не трогать, что лежит на моем столе. - Они были мятые. Я знаю, что ты привык работать на компьютере, я сейчас найду. Где эти листочки? Вот твои листочки. Все здесь. - Да бог с этими листочками. Ладно, извини меня. Извини. - Давай не будем обманывать друг друга? Я ухожу от тебя. - Это ты за нас решила? - Она нужна тебе. Ты с ней будешь счастлив. Прости меня, пожалуйста. Я никогда не забуду, что ты для меня сделал, слышишь. Прости. - И что, вы совсем-совсем ничего не помните? - Ну почему совсем? Сначала совсем, а сейчас память потихоньку восстанавливается. - А работодателей ваших помните? - Нет, к сожалению. Но мне снится иногда что-то, но ничего конкретного: ни лиц, ничего. - Будем надеяться, что все-таки какие-то детали вы вспомните. Близкие беспокоятся о вашей безопасности. - Близкие? - Ну да, муж и подруга. Подруга у вас, я вам скажу, огонь. Вот, пожалуйста, мой номер телефона. Если что, обязательно звоните. - Спасибо. - Да не волнуйся ты так, никуда она за пару минут не денется. Ты, Володька, главное, впопыхах шею не сверни. А то мы, женщины, капризные создания - нам вынь да положь, а мужик здоровый нужен. Ха-ха! Ну все. Давай, целую. Пока. - Да, подруженька, это какая-то Санта-Барбара получается. - Как думаешь, он меня простить сможет? - Слушай, Уль, ну ты вот вроде умная баба, но иногда такая дура. Ну как ты не понимаешь, ты ему нужна. - Сюда. - Он любит тебя. И ему неважно, твой ребенок или не твой. Володьке все равно, что у тебя было. - Официант! Ну что я скажу? Умница, умница. - Ульяна Андреевна? - Я уже домашних обработала. Все переходят на правильное питание. - Ну это прекрасно. - Поэтому ему надо все рассказать. - Да, надо рассказать ему срочно. Оксана, я узнала его. - Кого? - Не смотри, пожалуйста, не смотри. Это он пытался меня убить. - Бородатый, что ли? - Да, он. - Ты о ком? Давай только без паники, ладно? - Тихо. - Ты кому звонишь? - Следователю. Занято! Сиди здесь, смотри за ним. Куда он, туда и ты. Поняла? - Поняла. - Ладно, я сейчас приду. - Только глупостей не делай, подумай о ребенке. - Извини, я звоночек сделаю. Алло. Это я. Ты не поверишь! Наша утопленница всплыла. Да я тебе зуб даю. Да. Вроде в милицию намылилась. В общем, я за ней, буду на связи. Давай. - Вов, ты чего трубку не берешь? - Стойте! Стойте! Помогите. Помогите, пожалуйста, мне. - Что случилось? - За мной идет человек, он хочет меня убить. Пожалуйста, помогите. - Давайте пройдем в отделение. Садитесь в машину, там разберемся. - Какое отделение? - В отделение милиции, там разберемся. - Подождите, в какое отделение? - В отделение! - Ульяна! На каком основании? - Помогите! Что вы делаете? Откройте дверь! - Что вы себе позволяете? - Что? Все нормально, нормально. - Выпустите! Мама! Не надо, пожалуйста! - Оксана! - Ноль один тридцать один. - Что с вами? Вам плохо? - Ноль один тридцать один. Скажите. - Помогите, женщине плохо. - Оксана, что случилось? Что произошло? - Она номер машины повторяла. - Кто-нибудь знает, что произошло? - Ноль один тридцать один. - Ее какой-то дядя обнимал, а потом с другой тетей в полицейскую машину сели и уехали. - Может, не в полицейскую. - Оксана! Оксана! Скорая, женщине плохо. - Это телефон той тети, которую увезли. - Это не Ульяна. Ульяну куда-то увезли. Оксане плохо, она без сознания. На остановке напротив полицейского участка. - Ясно. Спасибо. - Ну чего? - Все очень странно. Номера полицейские, рация не работает. Объявлен план "Перехват". - Ну и что, так и будем сидеть? - Где? Ясно. Машину обнаружили на Южном шоссе. Поехали. - Ты зачем телку замочил, придурок психованный? - А как ее можно было заткнуть? Хотел, чтобы она на всю остановку орала? - Все, теперь я точно в этом не участвую. Понял? - Ну-ну. - Да, как знаешь, выкручивайся сам. - Эй, алло. - Все, выходи. Выходи, пойдешь со мной. Напишешь все как было. Понимаешь, все как было. Ты что? - Сиди в машине и не дергайся. - Стоять! Стоять на месте! Я ее застрелю, клянусь. - Тихо, тихо. Спокойно. Не глупи, давай договоримся. - Договоримся. Я вон уже с одним договорился. Значит так, оружие на землю. Все оружие на землю. Быстро! - Оружие на землю! Оружие на землю. - Все оружие на землю. - Бросить оружие. - И десять метров отошли. - Хорошо, хорошо. Не нервничай. - Вот так. И не рыпаться там. Ясно? - Гражданским не трогать. Спокойно, спокойно. - Залазь. Давай. - Работаем. - Как же ты меня напугал. Володенька. Володенька мой. - Я тебя больше никогда не оставлю. - Угу. - Никогда. Улька, моя. Что случилось? Что, где болит, скажи. - Ничего. - Если с ребенком что-то случится, я этого Градова придушу. Он знал же, что эти твари на свободе. Мог о ребенке подумать. - Почему он должен думать о твоем ребенке? - Что ты сказала? Это уже неважно. Неважно, слышишь. Неважно, ничего не важно. - Ну что, Толубея взяли. У вас все в порядке? - Угу. Лучше чем в порядке. - Вижу. - Будьте счастливы. - Обязательно будем. - Ну как ты? - Башка трещит. - Конечно, трещит. Защитница ты моя. - А где?.. Простите, а вы кто? - Ты что? Ты что, действительно ничего не помнишь? Оксана! - Да шучу я, расслабься. Что со мной будет? Будем живы - не помрем, подружка моя дорогая. - Ты чего меня так пугаешь? - Здравствуйте. - Здрасте. - О, как у вас весело. - Добрый день. - Готовитесь к выписке? - Да, прям сегодня. - Это вам за проявленный, так сказать, героизм и отвагу. - Спасибо. - Значит так, докладываю: в ходе операции спецгруппой гражданин уголовник Толубеев задержан. О вашем муже уже слагают легенды, мировой мужик. - А вот и он! - Кстати. Тащу его к себе в отдел - он ни в какую. - Да? - Привет. - Привет. - Мое дело маленькое: мосты строить. - Привет. - Спасибо. - Давай я положу. - Спасибо. - А мы тут подумали и решили, что, когда Сашка родится, хотим предложить вам стать его крестными. - Вот как. - А что, я за. - Павел Петрович, ну, не обижайте нас, пожалуйста. - Бог с вами, ладно, хоть крестный сын будет, а то дома одни девчонки. - Спокойно, спокойно. - Кум, ну ты у меня шутник. - Ну, Ульяна. Слушай, давай в спортивный зайдем? Купим ему эти перчаточки маленькие боксерские. Будем боксом заниматься. - Какие перчаточки? Посмотри на эту ручку. Ладно, ты велосипед хотел. - Ну хорошо. Велосипед-то купим? - Велосипед купим. - Это уникальное произведение. - Обязательно. - Ну что, пойдем? - Ты... Ты хотел сказать: несмотря на то, что издатели подгоняли, книга удалась. - Ладно, тогда купим велосипед. Хорошо?
содержание .. 2738 2739 2740 2741 ..
|
||
|
|