Электронный аналог капиталистической системы

  Главная       Учебники - Компьютеры       Кибернетика - неограниченные возможности и возможные ограничения.  Итоги развития

 поиск по сайту     

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

содержание   ..  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59  

 

 

Электронный аналог капиталистической системы

Вообще говоря, существует два способа построения физической модели какого-либо социального процесса или явления. Один способ — это конструирование соответствующей системы, которая во всех отношениях будет подобна описываемому ею социальному процессу. Примером такой модели может служить моделирование денежного обращения посредством замкнутой электрической цепи, где циркуляция электрического тока имитировала бы движение денежной массы, аккумуляторы выполняли бы роль банков, задержки в обращении вследствие разных причин воспроизводились бы подключением дополнительного сопротивления конденсаторами, взаимное влияние параллельных факторов копировалось бы индукционным током, изменения стоимости денег — изменением напряжения и т. д.

Однако этот способ пригоден лишь для моделирования сравнительно элементарных общественных явлений и отношений. В большинстве же случаев социальные процессы настолько сложны, что непосредственное воспроизведение их в виде физических моделей выходит за пределы практической осуществимости. И тогда целесообразно прибегнуть к другому способу, а именно описать данный социальный процесс математически, по возможности упростить это описание и затем последовательно подвергнуть его такому преобразованию, которое позволило бы сравнительно легко спроектировать соответствующий электронный аналог. Хотя при этом модель может быть безукоризненной с математической точки зрения, в такой опосредованной модели с первого взгляда бывает очень трудно обнаружить характерные черты первоначального процесса.

Исследуя социальные процессы, чаще всего обращаются к этому второму способу физического моделирования. О замечательных возможностях, заложенных в методе моделирования социальных процессов посредством электронных аналогов, можно судить на основании исследований, которые были проведены в 1951—1953 гг. в Калифорнийском университете под руководством профессора Отто Смита. Взаимосвязь наличного промышленного оборудования с потребностью в его амортизации, зависимость капиталовложений от национального дохода и стремления к максимальной прибыли, а также запаздывание поставок оборудования по отношению к капиталовложениям и реализации потребительских товаров по отношению к выплаченной заработной плате — все это было предварительно выражено математически. Составленные уравнения после некоторых упрощений были

изображены графически, а затем сконструирован соответствующий электронный аналог данной (капиталистической) экономической системы.

Создание такого рода аналогов не представляет каких-либо технических трудностей, коль скоро разработана их схема. Так, в аналоге О. Смита движение капиталов воспроизводилось электрическим током определенной частоты, задержка с реализацией товаров — посредством трансформатора, в качестве масштаба времени 1 год был приравнен к 200 микросекундам и т. д. Трудность же состоит прежде всего в определении объективного критерия тех понятий и категорий, которые моделируются, например «устойчивость системы», ее «регулирование» и т. п. Именно здесь проявляется значение теоретического мышления, которое бессильна заменить машина.

Такой электронный аналог был использован для анализа стабильности исследуемой экономической системы и ее реакции на различные помехи. При этом прежде всего было установлено, что подобная экономическая система крайне неустойчива и подвержена периодическим колебаниям примерно раз в десять лет. Введение в систему дополнительно фактора морального износа оборудования, т. е. тенденции к увеличению продолжительности службы оборудования в период спада и к его обновлению в период подъема, как и следовало ожидать, лишь способствовало неустойчивости системы и усилению амплитуды колебаний производства. «Говоря философски,— пишет Отто Смит,— существуют два фактора, влияющие на нестабильность системы. Одним из них является потеря информации, связанная с задержкой во времени. Это значит, что вкладчики капитала не знают о делах других вкладчиков капитала до тех пор, пока их изделия производства не появляются на рынке... Другим фактором является петля положительной обратной связи потребления. Пока потребители увеличивают свои расходы пропорционально национальному доходу (вместо того чтобы экономить), идет процесс накопления, доводящий амплитуды колебания до разрушительного характера».

Таким образом, электронная модель капиталистической системы наглядно продемонстрировала циклический характер развития капитализма, правильно выявила неизбежность и периодичность экономических кризисов перепроизводства и обнаружила их причину: товарное производство на рынок, ведущее к анархии производства, и отставание платежеспособного спроса от накопления капитала, вызванное частной формой присвоения.

Продолжая экспериментирование с электронной моделью капиталистической системы, О. Смит нашел, что приток капиталовложений, дешевый кредит и благоприятные перспективы на рынке способствуют некоторому уменьшению частоты колебаний или увеличению продолжительности экономического цикла, но одновременно возрастает неустойчивость всей системы; к такому же результату приводит и ускорение оборота капитала. Дальнейшие эксперименты заставили О. Смита прийти к выводу, что практически нет никакого способа стабилизировать подобную систему и что все усилия правительства регулировать производство заведомо несостоятельны. «Каковы бы ни были употребляемые средства регулирования законодательные меры, налоговая политика правительства, ограничение инвестиций, субсидии или государственные контракты и т. д., акционер бывает осведомлен обо всем этом и предпринимает соответствующие действия для получения максимальной прибыли,— заключает Смит.— Это и есть отрицательная обратная связь, которая почти полностью устраняет эффективность предложенных средств регулирования».

Для такой экономической системы характерно также длительное сохранение последствий, внесенных различными дополнительными возмущениями, например войнами. «Другими словами,— отвечает Смит,— возмущение, внесенное первой мировой войной, до сих пор еще по существу не затухло... События, приведшие ко второй мировой войне, были реакцией экономической системы на предыдущие возмущения, однако начало войны явилось нелинейным процессом, добавившим энергию в систему, т. е. внесшим новое возмущение». На описанное можно смотреть как на экспериментально-кибернетическое подтверждение положений марксистской политической экономии, в частности теории экономических кризисов. Достижения прикладной кибернетики в социологии позволяют тем самым воплотить в электронных-машинах намерение Маркса, о котором он сообщал в своем письме Энгельсу: «Я неоднократно пытался — для анализа кризисов — вычислить эти up and downs (повышения и понижения) как неправильные кривые и думал (да и теперь

еще думаю, что с достаточно проверенным материалом это возможно) математически вывести из этого главные законы кризисов» \

Эта упрощенная модель капиталистического способа производства впервые была мною изложена 10 лет назад (см. «Вопросы философии», 1958, № 5). С тех пор она неоднократно приводилась в научной и популярной литературе как у нас в стране, так и за рубежом. Однако комментарии, которыми она сопровождалась, могут дать повод к досадному недоразумению. Дело в том, что в аналоге, с которым экспериментировал профессор Смит, движение информации о состоянии рынка отождествлялось с движением самой товарной массы, которая в условиях классической капиталистической экономики была ее материальным носителем. Между тем за последние десятилетия, после второй мировой войны, появились дополнительные источники информации о' состоянии рынка, позволяющие предвидеть ход экономических процессов независимо от движения товарной массы и задолго до того, как обнаружится изменение цен. Парадокс состоит в том, что подобное предвидение и прогнозирование рыночной конъюнктуры стало возможным в значительной мере именно благодаря успехам экономического моделирования, но тем самым объективно оказалось опровергнутым одно из главных условий, положенных им в основу своей модели (к этому выводу я, разумеется, пришел позже).

Как только движение информации о состоянии рынка отрывается от движения товарной массы и опережает его, резко изменяется и протекание цикла капиталистического воспроизводства, а следовательно возникает необходимость в иных моделях с отличными параметрами.

Продолжительность цикла капиталистического воспроизводства представляет собой сумму продолжительности периодов подъема, спада, депрессии и оживления, взятых по отдельности. Длительность каждого периода в

XIX в. была дольше, чем сейчас, и вообще они обладают какой-то определенной длительностью. Почему? Одни причины этого вполне очевидны: для осуществления, скажем, инвестиций не в деньгах, а в машинах и оборудовании, т. е. для обновления основного капитала, нужно определенное время, чтобы эти машины сделать. Намерение увеличить производство не может быть осуществлено мгновенно. Длительность периода подъема, следовательно, в известной мере зависит от уровня развития промышленности, от способности капиталистов претворить инвестирование из намерения в действительность.

Однако наряду с такими очевидными причинами существуют другие, менее очевидные, например задержка информации о рыночной конъюнктуре во времени. Иначе говоря, анархия производства и конкурентная борьба в условиях товарного хозяйства, следствием которых являются периодические кризисы перепроизводства, ведут к тому, что необходимую ему информацию о состоянии экономики предприниматель-капиталист получает на основании уже сложившейся на рынке конъюнктуры, выражающейся в ценах. Отсюда вытекает, что о спаде он узнает спустя некоторое время после падения цен, об оживлении — спустя некоторое время после подъема цен на определенные товары.

Продолжительность цикла капиталистического воспроизводства, таким образом, совпадает по времени с обращением информации о состоянии конъюнктуры на отдельных фазах цикла, выражающейся преимущественно в рыночных ценах, и временем, необходимым для ее использования на отдельных фазах этого цикла. Отсюда — неизбежное падение цен в период спада и их рост после депрессии как характерная черта циклов в XIX — начале

XX в. Движение цен играло, помимо других функций, также роль информации для капиталиста о состоянии экономической конъюнктуры. Это также нам отчасти объясняет, почему никогда не было тождественных циклов: поскольку на состояние этой информации, помимо объективных и постоянных факторов, оказывает влияние масса дополнительных факторов субъективного и даже случайного характера.

Что же произошло после второй мировой войны? Во-первых, произошло расширение твердого, гарантированного рынка, который, несомненно, оказывает определенное влияние на информационные процессы. Гарантированный рынок представляет собой твердую, достоверную информацию, или спрос, независимый от стихийных рыночных процессов.

Во-вторых, появились другие источники информации О состоянии экономики, помимо информации посредством

 

движения цен, причем эти источники значительно опережают информацию о состоянии конъюнктуры посредством изменения цен.

Благодаря экономическим и другим прогнозам, благодаря тщательно изученной схеме взаимной зависимости одних отраслей хозяйства от других капиталист-предпри-ниматель и государство получают информацию об экономическом положении задолго до стихийного изменения цен на рынке. Они, конечно, не в силах изменить анархию производства, поскольку предвидеть — не значит управлять, а анархия производства объясняется не просто тем обстоятельством, что отдельные предприниматели не знают о том, что делают другие, но основным противоречием капитализма — частной собственностью, которая каждого заставляет преследовать свои личные выгоды. Более достоверная и ранняя информация, следовательно, не может устранить анархию производства. Но в известных пределах появляется возможность заранее принимать некоторые меры.

Одним из важнейших последствий ускорения информации и будет сжатие во времени отдельных фаз цикла, так как предупрежденные о предстоящем, например, спаде капиталисты раньше начнут свертывать производство, меньше будут пребывать в состоянии неопределенности в период депрессии и оживления, быстрее будут стремиться воспользоваться конъюнктурой подъема. Естественно, что и весь цикл сократится. Однако сокращение цикла будет, по-видимому, разным за счет разных фаз, потому что существуют объективные причины, определяющие длительность фаз. Из сделанных нами рассмотрений можно сделать выводы, которые логически напрашиваются сами собой.

1. Сокращение продолжительности цикла капиталистического воспроизводства должно в основном происходить за счет фаз депрессии и оживления.

2. Падение уровня производства и перепроизводство товарной массы в период спада окажется несколько меньшим.

3. Кризис перепроизводства все в большей степени будет выражаться не столько в перепроизводстве товарной массы, сколько в недоиспользовании производственных мощностей.

4. Поскольку свертывание производства начнется

раньше падения цен и независимо от них, то рыночные цены, утрачивая в значительной степени свое значение в качестве информации о конъюнктуре, могут и будут сохраняться на прежнем уровне и даже расти, если им не будет мешать что-то другое.

Эти выводы из модели совпадают с реальным положением в экономике развитых капиталистических стран.

Не является ли, однако, предложенная схема ускорения периодичности цикла под влиянием изменения информации апелляцией к субъективному фактору? В том-то и состоит отличие общественных процессов от физических и биологических, что в обществе объективные факторы реализуются людьми, преследующими свои интересы, т. е. объективные причины, чтобы воздействовать на ход явлений, должны предварительно пройти Через головы людей. Вопрос же о том, какой характер приобретает протекание информации через головы людей — в виде ли отражения конъюнктуры в* рыночных ценах, или же в виде экономических прогнозов, или как-нибудь еще,— это уже не столь важно.

Сказанным выше не исчерпывается, однако, влияние новых источников информации на характер экономического цикла. Дело в том, что ускорение обращения информации приводит не просто к сокращению периодичности кризисов, но и к определенцому явлению — так называемому эффекту бандвагона. Этот термин, заимствованный из политического словаря, буквально означает стремление скорее сесть в поезд к тому кандидату, который заранее выглядит наиболее очевидным победителем на предстоящих выборах. В экономической жизни прогноз об ожидающемся подъеме деловой активности производит такой же эффект «бэндвагона» с инвестициями. Но, чтобы сесть в такого рода экономический поезд на подъеме, поскольку ускоряется течение цикла, необходимо заранее купить билет. Это означает, что необходимо заранее — не на фазе оживления или подъема, а еще раньше — обзавестись теми производственными мощностями, которыми можно воспользоваться в период подъема. Это отчасти объясняет нам, почему предприятия и целые корпорации планируют свои капиталовложения на десятилетие и больше вперед.

Далее, на фазе спада возникает другое явление, которое получило название «очередь». Конечно, не в обыденном значении этого слова, а скорее в противоположном и более общем. В отличие от обычной очереди покупателей за товарами, в период спада возникает своеобразная очередь товарной массы за покупателем. Антикризисные мероприятия могут оказывать влияние на характер подобной «очереди». Но они не в состоянии ее устранить вообще. Дело в том, что накопление товарной массы, не находящей себе сбыта, объясняется и расстройством в сфере распределения, но главным образом рождается в сфере производства. В первом случае какие-то паллиативы могут применяться более или менее успешно. Но поскольку платежеспособный спрос населения при капитализме вообще отстает от возможностей производства, постольку товарная «очередь», или перепроизводство, никакими антикризисными мероприятиями ликвидирована быть не может. Она порождается не недостатками в циркуляции информации в сфере обращения, а отсутствием платежеспособного спроса, т. е. эффективной информации в системе. Поэтому кризис никогда не может сопровождаться полной заменой производства излишков товарной массы недогрузкой предприятий.

Это еще один пример того, как информационное моделирование позволяет глубже понять объективный ход общественных процессов.

 

 

 

 

 

содержание   ..  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59